Единороги, горгульи, грифоны: кто еще притаился на фасадах московских домов

Единороги, горгульи, грифоны: кто еще притаился на фасадах московских домов
Составляем маршрут по местам, где московские архитекторы XIX века поселили каменных, бронзовых и терракотовых чудовищ.

Москва вобрала в себя множество архитектурных стилей — от деревянного зодчества XV века до конструктивизма. Русские и зарубежные архитекторы, работавшие в столице в разное время, вносили в ее облик что-то новое.

Самые смелые эксперименты и самые изысканные «украшательства» пришлись на эпоху модерна, то есть на конец XIX — начало XX века. Переосмысливая старые течения, архитекторы тех лет свободно соединяли их элементы. Тогда в Москве на фасадах новых домов и поселилось множество фантастических созданий.

«Фасад-зоосад» для доходного дома

Одно из самых заселенных подобными существами зданий — дом страхового общества «Россия» (Сретенский бульвар, дом 6/1). Два его корпуса формируют целый квартал на Сретенском бульваре. Дом был построен в 1902 году по проекту Николая Проскурнина. Для крупнейшей в Российской империи страховой компании он же спроектировал доходный комплекс на Лубянской площади, впоследствии перестроенный и известный ныне как здание органов госбезопасности, а также доходный дом в Риге.

Дома на Сретенском бульваре в то время считались самыми технически оснащенными многоквартирными жилыми зданиями в стране: здесь работала автономная электростанция, было отопление и новая система кондиционирования. Кроме того, постояльцы доходного дома — ученые, профессора университета и члены Государственной думы — располагали собственной артезианской скважиной глубиной 45 метров.

После революции жильцами дома стали представители советской интеллигенции, на нижних этажах расположились Российское телеграфное агентство, Главное артиллерийское управление, Наркомпрос РСФСР и литературный отдел Главполитпросвета, первое место работы Михаила Булгакова в Москве.

Свидетелей тех времен можно найти в этом квартале и сейчас. Балконы главного фасада стерегут, глядя на Тургеневскую площадь, химеры со слоновьими хоботами-флейтами. Круглые эркеры поддерживают стайки летучих мышей, а балконы в проезде между корпусами — хищные птицы, напоминающие знаменитых горгулий Нотр-Дама. Если приглядеться, на фасадах можно увидеть и саламандр — в представлении средневековых магов и алхимиков эти земноводные не горели в огне. Есть здесь и образы более реальных животных: грозный лев устроился возле циферблата, пеликан — в нише под часовой башней, ястребы — по соседству с ним.

Разглядывать эти уникальные здания можно долго — в их декоре, помимо фигур вымышленных и реальных животных, использованы античные, средневековые и барочные мотивы. Тимпан фронтона украшает горельеф — сюжетная композиция, герои которой — философы античности. На фасадах со стороны Боброва переулка можно увидеть крылатые женские фигуры, выполненные в виде корабельных ростров, а в основаниях небольших колонн — амуров.

Чтобы полюбоваться еще одним знаменитым «домом-зверинцем», достаточно прогуляться по Чистопрудному бульвару в сторону Покровки: в 15 минутах ходьбы от Тургеневской площади, возле Чистых прудов, стоит «кружевное» бирюзово-белое здание — бывший доходный дом церкви Троицы на Грязех (Чистопрудный бульвар, дом 14, строение 3). При ближайшем рассмотрении «кружево» оказывается барельефом, изображающим сказочных животных — и пересчитать их с ходу не так-то просто.

Здание построили в 1909 году по проекту Льва Кравецкого, а за оформление отвечала художественная артель «Мурава» — объединение учеников Строгановского училища, вдохновленное Абрамцевским заводом майолики — керамико-художественной мастерской, созданной Саввой Мамонтовым в своей усадьбе. Терракотовые барельефы создавались по эскизам художника Сергея Вашкова — ученика Виктора Васнецова и одного из мастеров московского модерна.

Вашков в свою очередь черпал вдохновение для этой работы во Владимире. Образы сказочных зверей частично повторяют барельефы Дмитриевского собора — храма XII века. Однако это не точные копии, а их образное прочтение в укрупненном масштабе и гротескной прорисовке. Кого здесь только нет: грифоны, драконы, жар-птицы, коронованные лебеди, огнедышащие псы, птицы о двух главах и в гордом одиночестве лев с человеческим лицом и роскошными усами.

Часть квартир в доме предназначались для временного проживания нуждающихся прихожан церкви Святой Троицы на Грязех, часть сдавалась внаем. Изначально здание было четырехэтажным, с шатровыми башенками по краям. В 1945 году надстроили еще два этажа — из-за этого ряд верхних барельефов был утрачен.

Художники артели «Мурава» причастны к созданию еще одного необыкновенного московского дома — красного терема с майоликой на узнаваемых треугольных фронтонах (Курсовой переулок, дом 1). Это здание в неорусском стиле было построено в 1907 году по заказу инженера путей сообщения и крупного мецената Петра Перцова. Он объявил конкурс на лучший проект доходного дома в русском стиле, предназначенного в первую очередь для творческой интеллигенции. Потому в жюри входили такие признанные мастера изобразительного искусства, как Виктор Васнецов, Василий Суриков, Василий Поленов и Федор Шехтель.

В итоге премию в размере 800 рублей выиграл Аполлинарий Васнецов, но будущему хозяину дома больше понравилась работа, занявшая второе место, — проект Сергея Малютина. Здание в стиле русский ампир, придуманное им, не совсем соответствовало условиям конкурса, и Перцов планировал переработать проект, но идеальный вариант нашелся среди черновых конкурсных эскизов художника.

Малютин собственноручно проработал все детали будущего здания, в том числе рисунки для наружной майолики. На этих панно, которые и выполнили мастера керамической мозаики из артели «Мурава», изображены герои русских сказок и легенд — птица Сирин, лиса и заяц, щуки и змеи, бык, борющийся с медведем, и многие другие.

Анималистические мотивы встречаются не только на мозаиках — трубы дома выполнены в виде спящих сов, кронштейны балконов — в виде драконов, а на коньке крыши установлена решетка с позолоченными львами.

Петр Перцов прожил в своем доме 15 лет. Кроме того, в разное время здесь жили художники Роберт Фальк, Василий Рождественский, Александр Куприн, а в 1908–1909 годах в подвале дома находилось кабаре «Летучая мышь». После революции здание было национализировано.

Единороги — солидные и юные

Геральдические эмблемы — вот где в первую очередь следует искать единорога в наше время. Там они часто встречаются в паре со львом — всем известна их вечная борьба за корону. В стихотворении Льюиса Кэрролла речь шла о британской короне, однако эта пара противников не чужда и российской геральдике — льва с единорогом изображали на золотых российских монетах начиная со второй половины XV века, со времен правления Иоанна III.

В 1561 году единорог появился на печатях Ивана Грозного — в том числе на груди двуглавого орла, где также размещали изображение Георгия Победоносца. А в паре со львом он встречается на фирменном знаке Московского печатного двора и… на фасаде выездной башни Синодальной типографии (Никольская улица, дом 15).

Современное здание типографии было построено в 1815 году. Оно возводилось одновременно с Никольской башней Московского Кремля, поэтому с ее готическими мотивами перекликается и оформление типографии. Архитекторам — Алексею Бакареву и Ивану Мироновскому необходимо было подчеркнуть древность этого места, и именно готический стиль в начале XIX века ассоциировался со стариной. Нарочито архаичными выглядят и звери, расположившиеся над входом, — лев, символ власти, и единорог, олицетворение чистоты и строгости.

Их же (в позолоте, по соседству с державными орлами) можно без труда найти на шпилях башен Исторического музея (Красная площадь, дом 1). В 1935 году металлические скульптуры сняли со шпилей — орлов переплавили, а вот львов и единорогов сотрудникам музея удалось спрятать. Они вернулись на прежнее место 68 лет спустя.

Совсем другой единорог, далеко не воинственный, украшает еще одно неоготическое здание — доходный дом, выстроенный в Нащокинском переулке по заказу почетного гражданина Москвы Константина Лазарева. Автор особняка — Петр Щекотов. Здание (Нащокинский переулок, дом 8), оформленное резным декором и фигурными вставками, резко выделяется на фоне соседних домов.

Однако у здешнего единорога есть тайна — он гораздо моложе, чем кажется. Как и химера, голова которой установлена на выступающем эркере. Дело в том, что они появились на фасаде всего 14 лет назад в ходе реконструкции здания. В авторском проекте подобные украшения отсутствовали, однако специалисты Центра историко-градостроительных исследователей решили включить их в проект реконструкции — и новые обитатели фасада удачно вписались в ансамбль.

По одной из версий, именно этот дом послужил прообразом для готического особняка из романа Булгакова «Мастер и Маргарита». С 1934 года Михаил Афанасьевич жил напротив — в квартире, отведенной ему в доме кооператива писателей (был снесен в 1970-х). Булгаков провел здесь последние годы жизни. По мнению литературоведов, «готическим» особняк Маргариты стал в поздних версиях знаменитого романа.

Впрочем, существует как минимум десяток версий, касающихся того, какое же московское здание стало прототипом того самого особняка. «Маргарита Николаевна со своим мужем вдвоем занимали весь верх прекрасного особняка в саду в одном из переулков близ Арбата», — пишет Булгаков. Согласно еще одному популярному мнению, под это описание больше всего подходит удивительной красоты дом на Спиридоновке — особняк Зинаиды Морозовой (улица Спиридоновка, дом 17).

Он также выстроен в неоготическом стиле по проекту Федора Шехтеля. Как и полагается всякому готическому зданию, здесь есть горгульи на водосточных трубах и по краям террас.

Крылатые стражи

Другой памятник архитектуры, связанный с этой купеческой фамилией и принадлежавший Арсению Морозову, появился на Воздвиженке в 1899 году. Эклектичный дворец в мавританском стиле построен по проекту Виктора Мазырина, Разумеется, в композиции столь причудливого и при этом масштабного здания нашлось место для мифологических элементов: розетку над главным входом украшает фигура крылатого льва с рыбьим хвостом. А особняк матери Арсения — Варвары Морозовой, который находится по соседству (улица Воздвиженка, дом 16), украшен скульптурами грифонов — они восседают на портиках здания, несколько теряющегося из виду на фоне мавританского дворца.

Образы этих мифических существ не случайно часто использовались в оформлении особняков, а также банков и казнохранилищ: символ грифона как хранителя золота сложился еще в искусстве Древнего Востока. В этом же качестве он выступает и в мифах других культур — стережет путь к сокровищам. Поэтому в Москве, городе купцов и промышленников, грифоны на фасадах зданий XIX — начала XX века встречаются часто.

Примечательны бдительные ушастые грифоны на крыше особняка Анны Олениной — Владимира Думнова в Малом Кисловском переулке (дом 5а/8). Этих грозных стражей упоминал Андрей Белый в автобиографическом романе «Крещеный китаец»: «Сворачиваем в Малый в Кисловский переулок; боюся невнятиц; а здесь есть невнятица — “эдакое такое свое”: два грифона, крылатые: и — я боюсь двух крылатых грифонов, поднявших две лапы над бойким подъездом».

Этот особняк был построен в середине XVIII века, но нынешний облик обрел в конце  XIX века: здание перестроил архитектор Павел Самарин, придав ему неоклассические черты. После революции грифонов сняли с крыши и вернулись сюда только в 2013 году во время реставрации. Специалисты провели восстановительные работы с сохранением всех элементов исходной планировки и художественного оформления — и стали лауреатами конкурса «Московская реставрация».

Схожим образом расположены фигуры крылатых львов на крыше дома Фалеева в Гагаринском переулке (дом 11): на углах крыши со стороны фасада. Небольшой одноэтажный особняк построили после пожара 1812 года. В 1895-м дом приобрел гражданский архитектор Николай Фалеев — и сам же разработал проект его перестройки. Он соединил в облике дома ренессансные элементы и черты стиля ампир, а также барочные элементы — над окнами, например, можно увидеть барельефы в виде маленьких раковин.

Напоминание о профессии хозяина дома — символы, изображенные над входом в здание (скрещенные треугольник, лопатка, топор, кирка, циркуль и канат), часто ошибочно связывают с масонской тематикой. На самом деле это эмблема гражданских инженеров, которая была официально утверждена законами Российской империи.

После революции особняк перешел в ведение Народного комиссариата иностранных дел. Дом предоставляли для проживания важным иностранным гостям. Знаменитый американский журналист Джон Рид, автор книги «10 дней, которые потрясли мир», провел здесь свои последние дни — в доме Фалеева он жил в 1919–1920 годах.

Список московских мест, охраняемых мифическими полульвами-полуптицами, внушителен. На барельеф с грифонами опирается портик особняка Ивана Морозова в Леонтьевском переулке (дом 10), на территории усадьбы Высокие Горы на Земляном Валу (дом 53) прекрасно сохранились чугунные фигуры грифонов, их же изображения красуются на барельефах над боковыми входами. А на Ильинке их можно заметить как минимум дважды: на здании Московской купеческой биржи (дом 6/1) и на фасаде доходного дома, где располагались Русский внешнеторговый и Сибирский банки (дом 12/2/1, строение 1).

Бышему доходному дому К.Х. Каракаш (Малый Каретный переулок, дом 3/2) достались куда более оригинальные крылатые стражи. Архитектор здания Вячеслав Жигардлович разместил над окнами второго этажа — причем по всей длине фасада — мистических ночных хищников: со стороны Лихова переулка — сов, а со стороны Малого Каретного — летучих мышей.

Дом построен в 1902 году, и маскароны в духе модерна на фасадах — типичное решение для того времени. Почему же архитектор выбрал для оформления этого здания образы ночных животных — загадка. Если верить одной из городских легенд, по задумке заказчика, летучие мыши и совы должны были устрашать сомнительную публику, появляющуюся на улицах в темное время суток, — пьяниц, бродяг и воров. Впрочем, есть весомый повод усомниться в этой версии: летучие мыши в Малом Каретном выглядят скорее трогательно, нежели пугающе.

В городские легенды можно верить, а можно вовсе не знать их. Но сказка, несомненно, есть в Москве — в первую очередь благодаря талантливым архитекторам прошлого и мастерам реставрации, которые помогают сохранить эти шедевры архитектуры.