«Немцы от нас уже отстают», или Четыре истории московских медиков

«Немцы от нас уже отстают», или Четыре истории московских медиков
Врач обновленной Морозовской больницы, победительница конкурса «Московские мастера» среди медсестер, участник проекта «Московский врач» и доктор патронажной службы рассказывают о новшествах столичной медицины.

Как меняются медицинские учреждения Москвы, сложно ли участвовать в конкурсах Департамента здравоохранения для докторов и медсестер, что важно для современных врачей и их пациентов — обо всем этом mos.ru рассказали четыре специалиста. Это доктор, получивший статус «московский врач», победитель конкурса «Московские мастера» среди медсестер, врач патронажной службы и травматолог-ортопед.

В столице уделяют особое внимание переоснащению городских больниц. Здесь появляется новое оборудование — это компьютерные и магнитно-резонансные томографы последнего поколения, ангиографы, экспертные и портативные аппараты для проведения ультразвуковых исследований, рентген-аппараты и так далее. Кроме того, в медучреждениях проводят текущий и капитальный ремонт, а для некоторых клиник и вовсе строят новые здания. Например, открылся новый корпус Морозовской детской городской клинической больницы

Михаил Петров: В Морозовке мы можем оперировать любые травмы и опухоли

Заведующий отделением травматологии и ортопедии Морозовской детской городской клинической больницы

Я расскажу коротко о себе. В 2001 году я окончил институт, в 2003-м — ординатуру по детской хирургии, работал на кафедре детской хирургии 2-го Московского государственного медицинского института (ныне это Российский национальный исследовательский медицинский университет имени Н.И. Пирогова). В 2006-м стал кандидатом медицинских наук, а в 2012 году пришел в Морозовскую больницу, в отделение травматологии. В 2013-м стал заведующим этим отделением.

Надо сказать, что Морозовская больница начала активно развиваться еще до моего прихода, с появлением нового главного врача — профессора, доктора медицинских наук Игоря Колтунова. И уже к тому моменту, как я пришел, произошел рывок.

Большие возможности для маленьких пациентов: интервью с главврачом Морозовской больницы Игорем Колтуновым

На моих глазах проходила модернизация больницы. Здесь установили очень много нового оборудования, и мы учились пользоваться им. Когда я только пришел работать в больницу, здесь еще не было хорошей эндоскопической, артроскопической стойки — все это приобреталось на моих глазах. Это аппаратура очень хорошего качества. На этом фоне, когда больница получила хорошую поддержку, началось развитие самих отделений — всех, не только нашего.

В 2017 году, со сдачей нового корпуса, мы вышли совсем на другой уровень. Появилось самое современное оборудование, причем в фантастическом объеме, модернизированные операционные, модернизированные службы диагностики. У нас теперь есть возможность использовать самые последние наработки в области детской травматологии и ортопедии, мы используем самые современные способы оперативных вмешательств.

Если раньше, пять — семь — десять лет назад, ребенок с переломом бедра лежал у нас три-четыре недели на вытяжении, то сейчас таким пациентам проводят малоинвазивные операции, причем очень быстро, практически в момент поступления. После первичной диагностики проводятся те операции, которые далеко не во всем мире выполняются сразу при поступлении ребенка.

И это стало системой. Это действительно большой шаг вперед. Мы стали делать очень много операций на позвоночнике за последние три-четыре года. Сейчас мы оперируем пациентов практически с любыми травмами, любыми опухолями, любыми деформациями. Раньше технических возможностей для этого у нас не было. За последние семь лет у нас изменилась структура эндоскопических вмешательств при лечении детей. То есть если раньше это было небольшое количество восстановительных практических операций, то сейчас около 90 процентов — это большие восстановительные хирургические эндоскопические вмешательства. И все это стало возможным в первую очередь за счет оборудования.

К нам поступает достаточно много пациентов с сочетанными травмами в результате падений с высоты, автомобильных аварий. Раньше они проводили в стационаре большое количество времени, и зачастую такие случаи заканчивались инвалидизацией. А сейчас у нас средний срок нахождения таких детей в стационаре, даже при наличии травм головы, конечностей, внутренних органов, составляет порядка 10–15 дней. И большинство из них уходят из больницы самостоятельно, даже если речь идет о переломах позвоночника, длинных трубчатых костей и так далее.

Кроме того, у нас есть возможность оперировать при любой ортопедической патологии: начиная от банального плоскостопия, операция по исправлению которого теперь занимает у нас порядка 10–15 минут, и заканчивая тяжелыми деформациями позвоночника. Конечно, эти операции занимают больше времени. Но и дети, у которых были эти деформации, уходят от нас здоровыми, красивыми и замечательными. Мы исправляем все: врожденные вывихи бедра, различные пороки развития верхних и нижних конечностей и так далее.

Медицина в Москве, на мой взгляд, движется к европейскому уровню. А местами уже, в общем-то, значительно обогнала ее. Я недавно вернулся с обучения — был в одной из крупных немецких клиник — и понял, что на 70–80 процентов по многим показателям немцы от нас уже отстали. И не только в смысле техники. Мне кажется, что наша медицина развивается, и развивается очень хорошо, мы идем в правильном направлении.

В прошлом году в столице стартовал масштабный проект, который позволяет выявить лучших медицинских работников. Специалисты, которые успешно прошли испытания и доказали свой профессионализм, получают свидетельство о присвоении статуса «Московский врач» и специальный нагрудный знак. Кроме того, им положена ежемесячная прибавка к зарплате в размере 15 тысяч рублей

Ольга Хребтова: «Московский врач» сложная, но интересная проверка знаний

Врач общей практики городской поликлиники № 46, обладатель статуса «московский врач»

Так получилось, что медицинский вуз я выбрала случайно: любимым предметом в школе у меня была химия, и я заодно с подругой поступила в мединститут. А захватила меня медицина где-то на последних курсах института, даже, наверное, больше в интернатуре, когда появилась самостоятельность. По распределению я попала в деревню и отработала там несколько лет, тогда интерес к этой сфере захватил меня окончательно. Затем я оказалась в Москве и уже 18 лет работаю в городской поликлинике № 46 — сначала была участковым терапевтом, теперь я врач общей практики. Моя вторая специальность — функциональная диагностика, и в нашей поликлинике я также делаю УЗИ сердца и сосудов.

Участвовать в проекте «Московский врач» мне предложили коллеги, сказали: «Ты сможешь, давай». Я не сильно поверила этому, но решила, что попробую. К экзамену я готовилась три месяца. Подготовка занимала то время, которое я провожу в пути на работу и с работы в общественном транспорте. Подумала, что не буду зря терять время и смотреть по сторонам, начну подготовку, тем более что на работе это делать невозможно и дома тоже — у меня маленький ребенок.

А сам экзамен оказался очень сложным. Единственный экзамен в моей жизни, который был настолько сложным. Но интересным. Я думаю, что каждый врач должен попробовать пройти его, потому что если это не удается, то впоследствии хочется выучить определенные темы, почитать соответствующую литературу или хотя бы ознакомиться с тем, что не получилось сдать.

Экзамен не только сложный, но и справедливый. Я думаю, что это было очень полезно не только для проверки знаний, но и для проверки выдержки, умения сконцентрироваться, собраться и так далее. Поэтому спасибо тем, кто все это организовал. Они молодцы.

Мне понравилось, что мне пришлось при подготовке к этому экзамену прочитать очень много литературы, вспомнить свои прошлые годы, когда я работала в стационаре, вспомнить своих учителей, которые объясняли, как надо работать, как надо вести себя в экстренных ситуациях. Получилась концентрация моих умений и знаний плюс появились новые знания. Кроме того, это позволило определить для самой себя, что я знаю хуже, где нужно подучиться, а где я уже состоялась как профессионал. Все это очень интересно. Это необходимо в работе, очень важно узнавать новое, чтобы помогать людям.

Опыт и авторитет: доктора — о статусе «московский врач»

Мне нравится, что в московских клиниках обновили всю технику. Если раньше мы работали на более простых аппаратах, то сейчас появились ультразвуковые аппараты с новыми функциями — это, конечно, здорово. Мы быстрее ставим диагнозы, а следовательно, быстрее направляем пациентов туда, куда нужно, и быстрее достигаем положительного эффекта. Я, мои коллеги и мои пациенты очень этому рады.

Компьютеризация, новые программы и электронная история болезни — это тоже очень удобно. Можно, не находя бумажный носитель, посмотреть амбулаторную карту, узнать, у кого был пациент, с каким диагнозом, что вообще происходило. Поскольку исчезли очереди, пациенты стали более организованными: они берут талончик, идут к определенному времени, знают, что врач их примет именно в это время. И врачу спокойнее — все становится более организованным.

Кроме того, пациенты замечают, что проще стало получить высокотехнологичную помощь. Человек приходит на прием, мы выявляем какую-то серьезную проблему, и тут же пациента направляют в больницу, где его достаточно быстро оперируют. И через неделю-две пациент снова у меня на приеме, уже прооперированный, — проблема решена. Вот это звено — «поликлиника — стационар» — стало работать лучше, и нам это нравится, и пациентам.

Ежегодно проводятся конкурсы профессионального мастерства. Победа в таком состязании не только повышает авторитет среди коллег, но и стимулирует материально. В мае подвели итоги конкурса «Московские мастера» среди медицинских сестер

Людмила Шабалина: После конкурса «Лучшая медсестра» понимаю, как чувствуют себя дети во время ЕГЭ

Медсестра городской клинической больницы имени братьев Бахрушиных, победитель конкурса «Московские мастера» среди медсестер

Медсестрой я решила стать еще в детстве. Причем даже не врачом, а именно медсестрой. Я сама решила идти в медицинское училище, окончила его и начала работать — сначала в терапии, а потом в реанимации. Мой общий медицинский стаж — 23 года.

В реанимации у нас был замечательный коллектив, было интересно работать. Не без трудностей, конечно, но очень приятно видеть, как тяжелый пациент выкарабкивается после болезни: когда ты знаешь, что вы с бригадой вытащили пациента с того света, это просто неописуемо.

На конкурс «Московские мастера» меня направила больница — решили, что я могу представлять коллектив на этом конкурсе. Сначала был отборочный тур по Восточному округу, где я заняла первое место среди медсестер по профилю «Реанимация и анестезиология», а потом уже сам городской конкурс.

Во время испытаний коллеги и главная медсестра меня очень поддерживали. Было интересно, но и очень волнительно: вроде бы ты все знаешь и умеешь, но все равно на нервах — конкурс есть конкурс, это своего рода экзамен. А на финальном этапе надо было снимать специальный ролик. Конечно, это тоже интересное задание, но мы не актеры, поэтому снимать было непросто.

Это на самом деле здорово — помериться силами, посмотреть, как отвечают другие участники, познакомиться с другими людьми твоей профессии.

Второй тур проводился примерно так же, как проводится Единый государственный экзамен в школах. Мне пришлось на себе прочувствовать то, как ощущают себя наши дети, когда сдают важные экзамены. Это тоже очень ценно. Теперь я знаю, как это происходит. Тяжеловато. Волнительная, даже нервозная атмосфера.

Надо сказать, что хороших медсестер, грамотных специалистов этого профиля в Москве много. Не все участвуют в конкурсе, кто-то участвовал, но срезался в каком-то туре, но это не значит, что они — непрофессионалы. У меня получилось, я горжусь этим званием, это приятно.

Людям, которые не могут самостоятельно посещать поликлинику в силу преклонного возраста или тяжести заболевания, необходима помощь на дому. Чтобы обеспечить таких пациентов необходимым объемом медицинской помощи, в Москве создали патронажную службу. Город поощряет медработников, которые оказывают медицинскую патронажную помощь на дому. Врач получает за это надбавку в 25 тысяч, медсестра — в 15 тысяч рублей в месяц.

Татьяна Андреева: Наши пациенты радуются, когда к ним приходят домой

Врач общей практики патронажной службы городской поликлиники № 107

 

Врачом я работаю уже пять лет. Изначально после окончания университета я вела прием на участке, а с созданием патронажа перешла в эту службу. В принципе, это та же самая работа, что и на приеме, но на месте мы уже не сидим.

На дому мы проводим лечение, обследование, ведем дневники, выписываем лекарственные средства, корректируем лечение в случае необходимости и контактируем с дежурными докторами, которые выезжают к пациентам при обострении заболеваний.

Врач на дом, или Все о патронажной помощи в Москве

Раньше мы вели прием в поликлинике по восемь часов и на дом к пациентам не ходили. Либо это было очень редко. Получалось, что эти люди оказывались недообследованными.

С появлением патронажной службы мы видим этих пациентов, знаем, что им назначить. Так намного лучше: они получают необходимое лечение. Все, что нужно, мы делаем, включая медико-социальную экспертизу и оформление инвалидности.

Пациенты, которые нуждаются в патронаже, очень рады, что к ним приходят и медсестры, и фельдшеры, и врачи, осматривают их. В день врачи патронажной службы посещают примерно по десять пациентов. За неделю удается осмотреть около 45–50 человек.

Все только начинается, и я уверена, что в будущем наша служба будет расширена и усовершенствована. Мы столкнулись с тем, что каждый случай — индивидуальный, и часто возникает вопрос, как наблюдать того или иного надомного пациента.