Культура

Первый русский нейромюзикл: смотрим «Епифанские шлюзы» в театре «У Никитских ворот» с «Мосбилетом»

Первый русский нейромюзикл: смотрим «Епифанские шлюзы» в театре «У Никитских ворот» с «Мосбилетом»
Режиссер, исполнитель главной роли и ИИ-архитекторы проекта рассказали, как сделали нейросеть полноправным соавтором.

В театре «У Никитских ворот» премьера, в которой классика встретилась с современными технологиями: художественный руководитель Марк Розовский поставил «Епифанские шлюзы» по повести Андрея Платонова, а музыку создал искусственный интеллект. Как нейросеть стала соавтором, что сохранилось от литературной основы, какие песни исполняет Петр I и о чем стоит задуматься зрителю — об этом рассказали исполнитель главной роли Игорь Скрипко и ИИ-архитекторы Семен Розовский и Мариам Куповецкая.

Сквозь столетия

Марк Розовский, режиссер, драматург и художественный руководитель театра «У Никитских ворот», в преддверии своего 90-летия берется за материал, который другим мог бы показаться неподъемным, — сложную прозу Андрея Платонова, жанровые эксперименты и работу с искусственным интеллектом. Это попытка заново ответить на вопрос, что театр может сказать сегодняшнему зрителю.

Марк Розовский

В театре «У Никитских ворот» уже выстроилась линия таких поисков. Сначала «Джобс», музыкальная джаз-поэма о человеке, изменившем мир технологий. Затем труппа открыла 44-й сезон спектаклем «Р.У. Р». по пьесе Карела Чапека, в которой еще 100 лет назад прозвучал вопрос о том, что произойдет, когда созданные человеком существа начнут жить собственной жизнью. Теперь очередь дошла до Андрея Платонова: в «Епифанских шлюзах» нейросеть стала участником создания музыки.

Человек, который ищет душу в машине: смотрим «Р.У. Р». в театре «У Никитских ворот» с «Мосбилетом»

Обращение к творчеству Андрея Платонова глубоко закономерно. Гений прозы, создатель уникального литературного языка написал «Епифанские шлюзы» ровно 100 лет назад — в 1926-м, когда работал мелиоратором в Тамбове. Повесть переносит во времена Петра I, к строительству шлюзов на Дону. Россия меняется, осваивает новые знания, приглашает иностранных специалистов, затевает масштабные преобразования. Царь хочет, чтобы страна научилась жить по-новому, и верит в силу инженерной мысли. Для него техника — один из способов приблизить будущее.

Сегодня мы переживаем собственный технологический слом. Искусственный интеллект вошел в повседневную жизнь, научился создавать тексты, изображения и музыку, заставил по-новому взглянуть на привычные профессии и само понятие творчества. Театр соединяет две эпохи: время Петра, когда Россия открывала новые технические возможности, и наши дни, когда человек заново учится сосуществовать с созданным им разумом.

Получаются почти платоновские вопросы: что случается с человеком, когда он берется изменить мир, и всегда ли великое начинание оборачивается тем, что от него ждали?

Как нейросеть стала соавтором музыки

Марк Розовский называет спектакль первым русским нейромюзиклом. «Мы шли на риск, — говорит режиссер. — Платонов сам по себе требует особой смелости, а тут к сложной прозе добавилась работа с искусственным интеллектом, музыкой, песнями. До самого результата — сформированного спектакля — я не знал, чем закончится этот эксперимент».

Марк Розовский вспоминает, как впервые прочел «Епифанские шлюзы»: «Открываю сборник, читаю одну фразу — она меня цепляет. Потом абзац, потом страницу. И вдруг вижу, что передо мной целый мир — удивительный язык и почти непостижимое понимание человеческих противоречий». Перенести такую прозу на сцену непросто, но именно образ мыслей Андрея Платонова и его герои стали отправной точкой спектакля.

Музыкальность появилась позже. Марк Розовский писал стихи, придумывал сценические решения, а музыкальные варианты рождались в диалоге с нейросетью. «Я своим голосом напел мелодии, которые хотел бы услышать, — рассказывает Марк Розовский. — И нейросеть за 15 минут выдала то, на что композитор обычно тратит полгода. Это было таинственное общение с невидимым, но музыкально образованным собеседником. С ним, оказывается, можно и поспорить, что я, надо сказать, активно делал».

Однако быстро получить музыкальный фрагмент — еще не значит создать мюзикл. В спектакле звучат джаз, дабстеп, шансон и другие жанровые интонации. Их нужно было подружить, чтобы музыка не рассыпалась на отдельные номера. «Самое сложное —собрать все в единую канву, в единый стиль, — объясняет Семен Розовский. — Мы отбирали удачные варианты, перерабатывали материал, искали нужное звучание, выстраивали музыкальную драматургию. Нам очень хочется верить, что это удалось».

Семен Розовский

«Работая с искусственным интеллектом, чувствуешь себя дирижером, но только вместо музыкантов — нейросети. И моя задача как ИИ-архитектора — объединить возможности технологий и человеческого воображения в творческую симфонию — тогда получается волшебство», — отмечает Мариам Куповецкая.

Мариам Куповецкая

Игорь Скрипко, актер и режиссер театра «У Никитских ворот», поначалу был одним из главных скептиков в отношении будущей премьеры. «Когда я узнал, что музыку будет писать нейросеть, я первый устроил бунт на корабле, — вспоминает он. — Мне показалось: как это так, что такое нейросеть, что она может?» Но затем мелодии прошли через аранжировки, работу музыкального руководителя Татьяны Смольской, реальных музыкантов и артистов. «И вдруг в них обнаружились точные интонации — для эпохи, ситуации, для каждого персонажа. Нейросеть упростила задачу: создала мелодии, некоторые очень удачные, действительно подходящие под настроение. Но оживает музыка, только когда в нее вкладывают человеческую душу», — говорит Игорь Скрипко.

Игорь Скрипко

В этом и заключается главный секрет эксперимента. Нейросеть может предложить мелодию, но ей еще предстоит пройти через человеческий слух, вкус и воображение. Кто-то должен понять, что подходит герою, где музыка должна усилить переживание, а где ей лучше отступить. И конечно, кто-то должен выйти на сцену и исполнить это перед зрителем.

Сильные номера и яркие эксперименты

Начинается спектакль «Епифанские шлюзы» с яркого номера Петра I. Царь выходит на сцену так, что сразу становится ясно: скучно не будет. В Петре чувствуется энергия человека, который привык брать свое, увлекать за собой и не оглядываться. Петр здесь — деятельный, азартный, большой затейник, он любит игру и готов пошутить.

Постепенно в образ вплетается музыка: современные интонации, местами что-то фольклорное, почти донское, и ритм, под который хочется двигаться. А затем становится понятно, что Петр не просто поет — он читает рэп. Царь словно заглянул на несколько столетий вперед и решил проверить, как его реформы звучат под сегодняшний бит.

«Пока ты на мель не сел, все в твоей жизни very well», — одна из реплик, передающих настроение постановки. Исторический сюжет начинает говорить на языке сегодняшнего зрителя, не теряя связи с эпохой.

В спектакле много юмора и словесных находок. Но за этим веселым музыкальным вихрем постепенно проступает другое — история людей, которым предстоит строить те самые шлюзы. И чем дальше развивается действие, тем яснее становится: у большого замысла есть совсем не праздничная сторона.

Детали, раскрывающие образ

В центре этой истории — Бертран Перри в исполнении Игоря Скрипко, английский инженер, по приглашению Петра I приехавший в Россию, чтобы руководить строительством судоходных шлюзов на Дону. Талантливый и амбициозный, он отправляется в далекую незнакомую страну, чтобы воплотить в жизнь грандиозный технический проект. Им движет не только профессиональный интерес, но и тщеславие. Именно его глазами зритель видит столкновение европейской инженерной мысли с русской действительностью — климатом, работой, человеческими судьбами. С первых минут Перри располагает к себе: обаятельный, немного растерянный, словно случайно оказавшийся в незнакомой местности и еще не разобравшийся в ее правилах. Он пытается понять окружающих, подобрать нужные слова, объясниться и постоянно попадает в комические ситуации.

Особую прелесть образу придает английский акцент. «За два дня до премьеры Марк Григорьевич позвал меня и сказал: “Ты знаешь, все-таки ты такой русский, надо, чтобы ты был англичанином”, — рассказывает Игорь Скрипко. — Я говорю: “Марк Григорьевич, я же не виноват, что я русский”. (Смеется. — Прим. ред.) И тогда режиссер предложил добавить деликатный английский акцент. Понимаете, весь текст — 50 страниц пьесы и музыкального материала — нужно передать иначе, чтобы все звучало с легким акцентом. В какой-то момент мне начал сниться русско-английский словарь, голова была перегружена, но стало правда выразительнее». Если не знать эту историю, то создается впечатление, будто Игорь Скрипко всегда так разговаривает — настолько объемно и убедительно звучит его речь. После спектакля одна из зрительниц сказала: «Боже мой, какой у вас, Игорь, интересный акцент».

Есть и другие детали в образе. Перри путается в словах, иногда смешивает привычные выражения, не сразу находит нужную интонацию. Его «две недели, месяц у вас» вызывает смех, но за этой речевой неловкостью есть что-то очень человеческое. Кажется, герой все время чуть-чуть отстает от окружающего мира и изо всех сил старается его догнать.

Постепенно за комическими эпизодами открывается другая сторона Перри — нежность, ранимость, способность на сильное чувство. Особенно это заметно в его отношениях с Мэри. Их линия полна юношеской влюбленности, трепета и страсти. Здесь многое происходит почти без слов: взгляд, движение навстречу, короткая пауза. Скрипка подхватывает то, что герои еще не успели сказать друг другу. Музыка ведет сюжет, и актерская игра соединяется с мелодичными акцентами.

Живые скрипичные партии становятся одной из самых выразительных деталей спектакля. Особенно сильно они звучат, когда Перри узнает, что Мэри выходит за другого — Томаса Рейса. Еще недавно открытый и непосредственный герой словно теряет опору. В его голосе появляется надрыв, движения становятся напряженнее, а скрипка продолжает его внутренний монолог. Живой инструмент соединяется с электронным звучанием, и музыка усиливает драму. В какой-то момент зал начинает реагировать на героев, задавать вопросы, вовлекаясь через диалог в сюжет. Артисты не теряются: Игорь Скрипко мгновенно ловит реакцию и отвечает прямо по ходу действия. В такие секунды особенно ясно: перед зрителем — живой, непредсказуемый, существующий здесь и сейчас театр. Эту встречу актера и публики не просчитает никакая технология.

В этом спектакле сходится все: история и любовь, драма и технология, человеческие судьбы и большие надежды. Именно из деталей — из того, как артист ищет слово, как звучит мелодия, как реагирует зал, — и складывается то, ради чего идут в театр: появляется эмоция и новый уловимый душой опыт, который вряд ли может дать искусственный интеллект.

Марк Розовский не пытается сформулировать окончательный ответ на вопрос, заменит ли нейросеть человека. Вместо этого он предлагает посмотреть, что произойдет, если использовать новую технологию как еще один инструмент для творчества. Сумеет ли она помочь услышать классику по-новому? Сможет ли музыка, созданная при ее участии, передать человеческую боль, любовь и надежду? Каждый может решить сам, придя в театр «У Никитских ворот». Билеты — в сервисе «Мосбилет».

Новый театральный сезон с «Мосбилетом»

 

«Мосбилет» — официальный сервис на портале mos.ru, с помощью которого можно приобрести билеты в театры, музеи, концертные залы и другие учреждения, подведомственные столичному Департаменту культуры, без комиссии и наценок. На странице сервиса представлены анонсы самых ожидаемых событий, премьер сезона, мероприятий в рамках городских фестивалей, выставок, спектаклей и концертов, которые пройдут в ближайшие выходные.

Купить билет можно прямо в сервисе. Для мероприятий, где необходимы персональные данные для покупки билета, вводить фамилию, имя, отчество и сведения посетителя не потребуется: если у пользователя стандартная или полная учетная запись, достаточно оставить в поле выбора документа значение по умолчанию — Mos ID. Обязательные поля необходимо заполнить вручную, если учетная запись упрощенная. При оформлении билетов для юных гостей через сервис все данные необходимо вносить только сопровождающему взрослому. У детей до 14 лет можно указать только фамилию, имя, отчество и дату рождения, при посещении культурных мероприятий показывать документ ребенка не нужно.

Кроме того, авторизованные пользователи смогут открыть куар-коды в мобильных приложениях «Моя Москва», «Мой id» и «Госуслуги Москвы».

Ищите идеи, куда сходить в Москве, и следите за интересными мероприятиями в каналах «Мосбилета» в «Максе» и «Телеграме».