Для строительства оборонительных рубежей вокруг города в 1941 году привлекли не только армейские и инженерные части, но и мирных жителей. Большую часть работ выполнили именно они: мужчины от 15 до 55 лет и женщины от 16 до 50 лет.
22 июня 1941 года. В 12:00 народный комиссар иностранных дел СССР Вячеслав Молотов официально объявил о нападении Германии на Советский Союз. Началась Великая Отечественная война. Взятие Москвы захватчики считали самой важной военной целью. Столица нуждалась в защите, и обеспечивать ее нужно было не только бойцам Красной армии.
«В первую очередь необходимо строить противотанковые препятствия:
рвы, эскарпы, контрэскарпы и завалы, а также артиллерийские долговременные огневые точки (ДОТы), дерево-земляные огневые точки (ДЗОТы) и площадки»
рвы, эскарпы, контрэскарпы и завалы, а также артиллерийские долговременные огневые точки (ДОТы), дерево-земляные огневые точки (ДЗОТы) и площадки»
из приказа о создании оборонительных рубежей вокруг Москвы
Линию обороны разделили на 36 участков. На первые из них строители вышли 16 октября 1941 года. Передовой рубеж располагался примерно по линии Химки — Митино — Архангельское — Рождественно — Одинцово — Рассказово — Прокшино — Гавриково — Боброво — Табалово — Михайлово — Дроздово. Главный рубеж шел по линии фронта Коровино — Химгородок — Никольское — Серебряный Бор — Кунцево — Воронцово — Котляково — Братеево. Тыловой рубеж обороны находился на линии Нижние Котлы — Черемушки — Кирпичный завод № 11 — Воробьёв — Троице-Голенищево — Кутузовская Слобода — Шелепиха — Карамышево.
Своими флангами эта позиция смыкалась с городским рубежом обороны, шедшим по Московской окружной железной дороге.
На ближних подступах к Москве и в самом городе жители своими руками возвели:
676
километров противотанковых рвов
445
километров эскарпов и контрэскарпов
410
километров
надолбов
надолбов
1 400
километров лесных завалов
Кроме того, установили свыше 1 350 километров проволочных заграждений, более 46 000 противотанковых ежей, около 31 000 огневых точек и 10 километров баррикад. Студенты и школьники, мужчины и женщины, неравнодушные и трудолюбивые люди выходили на улицы Москвы с одной целью — не позволить врагу войти в город.
“
…Работа была физически тяжелая, приходилось
копать землю ломом. До войны я никогда не думала,
что могу выполнять такую работу
копать землю ломом. До войны я никогда не думала,
что могу выполнять такую работу
Из 600 тысяч жителей Москвы и области, работающих на строительстве оборонительных укреплений, три четверти составляли женщины. Из воспоминаний рабочих, строивших Воронцовский рубеж: «По списку питающихся на оборонительном участке числилось 3400 человек. Это были главным образом девушки и женщины. Их было не менее 85 процентов. <...> Среди мобилизованных можно было встретить женщин 65–70 лет, у которых и дети, и внуки уже сражались на фронтах».
Женщинам пришлось заменить мужчин, ушедших на фронт. Они выполняли тяжелую физическую работу без выходных и отдыха. В стенограмме беседы
с работниками завода «Лифт» говорилось о важности мобилизации коллектива
на самоотверженную работу, не считаясь с временем, погодой и условиями. В цехах проводилась массовая работа по отбору людей на привлечение к строительству оборонительных рубежей. Таким образом, привлекли от 100 до 150 рабочих, большинство из них были женщины. В чрезвычайно тяжелых условиях они рыли эскарпы и занимались погрузкой, разгрузкой и установкой ежей.
Принимать участие в такой работе или же остаться в стороне было добровольным выбором каждого жителя столицы. Хрупкие девушки не боялись брать в руки лом
и копать землю.
Женщинам пришлось заменить мужчин, ушедших на фронт. Они выполняли тяжелую физическую работу без выходных и отдыха. В стенограмме беседы
с работниками завода «Лифт» говорилось о важности мобилизации коллектива
на самоотверженную работу, не считаясь с временем, погодой и условиями. В цехах проводилась массовая работа по отбору людей на привлечение к строительству оборонительных рубежей. Таким образом, привлекли от 100 до 150 рабочих, большинство из них были женщины. В чрезвычайно тяжелых условиях они рыли эскарпы и занимались погрузкой, разгрузкой и установкой ежей.
Принимать участие в такой работе или же остаться в стороне было добровольным выбором каждого жителя столицы. Хрупкие девушки не боялись брать в руки лом
и копать землю.
Работница фабрики «Красный Октябрь» вспоминала: «Нужно было строить оборонительные рубежи, рыть могилу врагу. С большим желанием шла на эту работу столичная молодежь, в том числе шла и я. С фабрики в этот день ушла работать группа в 35 человек. Большинство из них были комсомольцы. На другой день, как мы приехали к месту работы, с раннего утра мы вышли на трассу. Нам рассказали, как и что мы должны делать. Работа была физически тяжелая, приходилось копать землю ломом. До войны я никогда не думала, что могу выполнять такую работу».
“
…Девушки все как одна заявили, что мы сделаем
это ни в 7 дней, а в 4 дня
это ни в 7 дней, а в 4 дня
Инструктор Ленинского района Москвы предложила заключать социальные договоры и соревноваться с соседними бригадами. Рабочим бригады «Комсомольская» эта идея понравилась, и они подписали соцобязательство.
На собрании, где обсуждали сроки выполнения задания, девушки заявили, что готовы выполнить работу не за семь дней, а четыре.
“
Был холод, были здоровые морозы.
Мы грузили на машины камни, грузили ежи. Работа
велась в сильную бомбежку. Первое время было
страшно, потом привыкли
Мы грузили на машины камни, грузили ежи. Работа
велась в сильную бомбежку. Первое время было
страшно, потом привыкли
Строительство не прекращалось ни при каких условиях. Рабочие Воронцовского рубежа вспоминали: «Строили в сжатые сроки, порой в боевых условиях. Не было дня, чтобы не появлялись немецкие самолеты. Неоднократно над рубежом и всем районом работ сбрасывались бомбы и производился пулеметный обстрел». Многие ежедневно слышали воздушную тревогу, но работу не оставляли. Прятались, только когда в ямы падали осколки от снарядов.
По словам инженера-конструктора завода «Станкоконструкция», люди не чувствовали усталости, частые тревоги не могли оторвать их от работы. Желание не пропустить врага в Москву пересиливало все. Даже в сильные морозы устанавливали ежи, связывали их проволокой и занимались укреплением оборонительной линии. Были случаи падения вражеских бомб на участки, но люди продолжали трудиться.
По словам инженера-конструктора завода «Станкоконструкция», люди не чувствовали усталости, частые тревоги не могли оторвать их от работы. Желание не пропустить врага в Москву пересиливало все. Даже в сильные морозы устанавливали ежи, связывали их проволокой и занимались укреплением оборонительной линии. Были случаи падения вражеских бомб на участки, но люди продолжали трудиться.
«Был холод, были здоровые морозы.
Мы грузили на машины камни и ежи. Работа велась в сильную бомбежку. Первое время было страшно, потом привыкли. Был налет. Враг наметил себе точки в нашем районе на месте работ, сбросил много мелкокалибровых бомб. Сначала народ растерялся, но затем привыкли. Нестрашно было: заливали цементом, укладывали камни, продолжали работать, не считаясь ни
с чем. Ни один из нас не был убит», — вспоминал работник завода «Лифт».
Мы грузили на машины камни и ежи. Работа велась в сильную бомбежку. Первое время было страшно, потом привыкли. Был налет. Враг наметил себе точки в нашем районе на месте работ, сбросил много мелкокалибровых бомб. Сначала народ растерялся, но затем привыкли. Нестрашно было: заливали цементом, укладывали камни, продолжали работать, не считаясь ни
с чем. Ни один из нас не был убит», — вспоминал работник завода «Лифт».
Мужчины легче женщин переносили звуки стрельбы и частые налеты. Некоторые девушки прятались, а самые храбрые смеялись и шутили над таким поведением. Удивительно, но такое отношение успокаивало. Через некоторое время даже самые пугливые переставали реагировать на звук бомбежек. Все понимали: враг близко и его необходимо задержать.
“
Сколько хочешь нароем, лишь бы прогнать немцев
Многие участники строительства оборонительных укреплений до войны не имели никакого отношения к выполнению тяжелой физической работы, но на первый план выдвигалось не умение, а желание помочь стране и городу, которому грозила опасность.
Секретарь комсомольской организации Анастасия Матвеева рассказывала,
что все, кто принимал участие в строительстве, делали это добровольно: «Я решила поговорить со своими комсомольцами и отобрать лучших девушек пойти на строительство оборонительных рубежей. <...> Девушки были согласны, причем отбирали только добровольцев. Я много не говорила, кроме тех слов, которые волновали каждого: «Девушки, Родина наша в опасности. Кто не боится трудностей, кто любит свою Родину, Москву, то иди с нами защищать ее». И ни одной девушки не нашлось, которая бы отказалась».
На каждом из участков строительства работа шла круглыми сутками, но, по словам директора фабрики «Пролетарий», разговоры среди рабочих были неизменными, часто звучала фраза: «Сколько хочешь нароем, лишь бы прогнать немцев». Участники признавались, что среди работников заводов не было ни одного человека, который имел бы опыт по устройству оборонительной линии. Каждому приходилось на ходу изучать требования, получать знания и приобретать необходимый опыт.
Секретарь комсомольской организации Анастасия Матвеева рассказывала,
что все, кто принимал участие в строительстве, делали это добровольно: «Я решила поговорить со своими комсомольцами и отобрать лучших девушек пойти на строительство оборонительных рубежей. <...> Девушки были согласны, причем отбирали только добровольцев. Я много не говорила, кроме тех слов, которые волновали каждого: «Девушки, Родина наша в опасности. Кто не боится трудностей, кто любит свою Родину, Москву, то иди с нами защищать ее». И ни одной девушки не нашлось, которая бы отказалась».
На каждом из участков строительства работа шла круглыми сутками, но, по словам директора фабрики «Пролетарий», разговоры среди рабочих были неизменными, часто звучала фраза: «Сколько хочешь нароем, лишь бы прогнать немцев». Участники признавались, что среди работников заводов не было ни одного человека, который имел бы опыт по устройству оборонительной линии. Каждому приходилось на ходу изучать требования, получать знания и приобретать необходимый опыт.
“
Работали ежедневно, не было отдыха, не было
выходных дней. Не считались ни с усталостью, ни с погодой,
ни с метеорологическими условиями
выходных дней. Не считались ни с усталостью, ни с погодой,
ни с метеорологическими условиями
С 20 октября 1941 года на Воронцовском рубеже был установлен строгий распорядок рабочего дня: он начинался в 07:00, а заканчивался в 18:00. Утром рабочие получали горячий завтрак из двух блюд, вечером их кормили ужином,
а в обеденный перерыв, который длился 30 минут, они покупали сухой паек в ларьках. Обычно он состоял из булки, 200 граммов колбасы и пяти граммов сахара. Ларьки перебросили к участкам строительства, сюда же доставляли воду
в цистернах.
На одном из участков под Москвой оборонительные сооружения строили в течение 10-часового рабочего дня: с 07:00 до 19:00. На обеденный перерыв отводилось два часа — с 12:00 до 14:00.
Погода вносила коррективы. До наступления холодов на участок в Ленинском районе Москвы горячие обеды привозились регулярно. С приходом сильных морозов такая практика становилась нецелесообразной — пища застывала. Было принято решение организовать питание на заводе: когда машина отвозила ежи к месту установки, на обратном пути привозила людей. Таким образом, за три-четыре поездки обеспечивалась перевозка всех рабочих. Размещались строители укреплений как правило недалеко от участков. Например, при строительстве оборонительных рубежей в Свиблове, Марьиной Роще и Рублеве людей поселили в деревне Черепково. Бойцов МПВО снабжали тюфяками и постельным бельем, гражданское население пользовалось собственными постельными принадлежностями. Жили в избах по пять-шесть человек. В каждой были установлены репродукторы, что позволяло узнавать новости с фронта. Своими силами строили кухни, устанавливали столы и скамейки. Завтракали в деревенской столовой, а обед привозили прямо на участок строительства.
а в обеденный перерыв, который длился 30 минут, они покупали сухой паек в ларьках. Обычно он состоял из булки, 200 граммов колбасы и пяти граммов сахара. Ларьки перебросили к участкам строительства, сюда же доставляли воду
в цистернах.
На одном из участков под Москвой оборонительные сооружения строили в течение 10-часового рабочего дня: с 07:00 до 19:00. На обеденный перерыв отводилось два часа — с 12:00 до 14:00.
Погода вносила коррективы. До наступления холодов на участок в Ленинском районе Москвы горячие обеды привозились регулярно. С приходом сильных морозов такая практика становилась нецелесообразной — пища застывала. Было принято решение организовать питание на заводе: когда машина отвозила ежи к месту установки, на обратном пути привозила людей. Таким образом, за три-четыре поездки обеспечивалась перевозка всех рабочих. Размещались строители укреплений как правило недалеко от участков. Например, при строительстве оборонительных рубежей в Свиблове, Марьиной Роще и Рублеве людей поселили в деревне Черепково. Бойцов МПВО снабжали тюфяками и постельным бельем, гражданское население пользовалось собственными постельными принадлежностями. Жили в избах по пять-шесть человек. В каждой были установлены репродукторы, что позволяло узнавать новости с фронта. Своими силами строили кухни, устанавливали столы и скамейки. Завтракали в деревенской столовой, а обед привозили прямо на участок строительства.
«Вставали мы в 05:00. Завтракали и уходили на трассу. Работали без обеда, потому что очень маленький осенний день, а строить надо быстрее, враг был близко. Поздним вечером возвращаясь домой, измученные, усталые, но каждый был горд за то, что он делает большое дело. Жили мы все вместе в одном рабочем бараке и вечером, когда все собирались, жадно читали газеты, следили за событиями на фронтах», — вспоминала работница фабрики «Красный Октябрь».
Размещались строители укреплений как правило недалеко от участков. Например, при строительстве оборонительных рубежей в Свиблове, Марьиной Роще и Рублеве людей поселили в деревне Черепково. Бойцов МПВО снабжали тюфяками и постельным бельем, гражданское население пользовалось собственными постельными принадлежностями. Жили в избах по пять-шесть человек.
В каждой были установлены репродукторы, что позволяло узнавать новости
с фронта. Своими силами строили кухни, устанавливали столы и скамейки. Завтракали в деревенской столовой, а обед привозили прямо на участок строительства.
Размещались строители укреплений как правило недалеко от участков. Например, при строительстве оборонительных рубежей в Свиблове, Марьиной Роще и Рублеве людей поселили в деревне Черепково. Бойцов МПВО снабжали тюфяками и постельным бельем, гражданское население пользовалось собственными постельными принадлежностями. Жили в избах по пять-шесть человек.
В каждой были установлены репродукторы, что позволяло узнавать новости
с фронта. Своими силами строили кухни, устанавливали столы и скамейки. Завтракали в деревенской столовой, а обед привозили прямо на участок строительства.
“
…Коллектив литейщиков в короткий срок
закончил противотанковый ров, работая подчас по колено в воде
закончил противотанковый ров, работая подчас по колено в воде
Возведение баррикад на улицах, площадях, бульварах и в переулках Москвы
было закреплено за коллективами различных московских предприятий. Завод «Борец» отвечал за сооружение баррикад на 1-й Новотихвинской улице, «Станколит» — на 2-й Новотихвинской улице, «Твердые сплавы» — на 2-й Ямской улице, «Цветные металлы» — на Октябрьской улице, фабрики «Фанеропродукт», «Приводной ремень» и «Дзержинский универпром» — на Шереметьевской.
Работник завода «Лифт» вспоминал о строительстве рубежей в Ленинском районе: «Объем работ был таков. Нужно было своими силами изготовить тысячу с лишним ежей, 150 штук надолб и доставить на место установки. Поставить там, в соответствии с указаниями военных частей связать их между собой проволокой с таким расчетом, чтобы все пространство между двумя шоссе было закрыто противотанковыми ежами».
было закреплено за коллективами различных московских предприятий. Завод «Борец» отвечал за сооружение баррикад на 1-й Новотихвинской улице, «Станколит» — на 2-й Новотихвинской улице, «Твердые сплавы» — на 2-й Ямской улице, «Цветные металлы» — на Октябрьской улице, фабрики «Фанеропродукт», «Приводной ремень» и «Дзержинский универпром» — на Шереметьевской.
Работник завода «Лифт» вспоминал о строительстве рубежей в Ленинском районе: «Объем работ был таков. Нужно было своими силами изготовить тысячу с лишним ежей, 150 штук надолб и доставить на место установки. Поставить там, в соответствии с указаниями военных частей связать их между собой проволокой с таким расчетом, чтобы все пространство между двумя шоссе было закрыто противотанковыми ежами».
По словам инструктора Дзержинского районного комитета Всесоюзной коммунистической партии Ивлева, в радиусе Марьиной Рощи главным образом строили баррикады и надолбы. Здесь строительство организовывалось путем закрепления за предприятиями отдельных магистралей. Например, 1-я Ямаская улица должна была быть забаррикадирована фабрикой имени В.П. Ногина, а Сущевский Вал — заводом твердых сплавов и фабрикой «Приводной ремень».
Работники завода «Станкоконструкция» вспоминали о строительстве оборонительных укреплений у Калужской заставы так: «Наиболее тяжелый участок работ — устройство противотанкового рва — выполнялся рабочими литейного цеха под руководством начальника цеха товарища Соболева. Несмотря на холодную и дождливую осень и на перемену профессии литейщиков на землекопов, коллектив литейщиков в короткий срок закончил противотанковый ров, работая подчас по колено в воде».
“
…Радостно сознавать, что в защите родной столицы есть небольшой вклад и моего труда
Участников строительства оборонительного рубежа награждали премиями, медалями и грамотами.
Работница фабрики «Красный Октябрь» была одной из тех, кто получил награду: «Мой скромный труд высоко оценила Родина. Правительство наградило меня медалью “За трудовое отличие”.
Наша героическая Красная армия разгромила врага под Москвой. А сейчас своим успешным наступлением гонит его на запад. Радостно сознавать, что в защите родной столицы есть небольшой вклад и моего труда».
Архивные материалы предоставлены Главным архивным управлением Москвы, Государственным музеем обороны Москвы, Музеем Москвы