Историки с лопатами: как работают московские археологи

Историки с лопатами: как работают московские археологи
В Москве каждый год находят тысячи археологических ценностей. Среди них попадаются черепки с тысячелетней историей, старинные клады и предметы быта людей, живших много веков назад.

15 августа в России отмечают День археолога — неофициальный праздник необычных ученых, которые не сидят в кабинетах, а ищут сокровища буквально под ногами. Только за последние девять лет московские археологи нашли 45 тысяч артефактов.

В этом году по всему городу раскопки будут вестись примерно на 200 площадках. Главные находятся на пересечении Большой Полянки и Старомонетного переулка, на Китай-городе на месте бывших Теплых торговых рядов, на территориях Новодевичьего монастыря, кинотеатра «Художественный» и бывшей Гончарной слободы в Заяузье. Работы идут и в ТиНАО: специалисты изучают селище Столбово-1 в поселении Сосенском.

Чтобы увидеть в комке земли научную сенсацию, нужно долго учиться и практиковаться, считают сами эксперты. Накануне профессионального праздника mos.ru поговорил с археологами, на счету которых сотни бесценных находок и большие открытия.

Кубометры истории

Культурный слой Москвы местами превышает 10 метров, поэтому специалистам удается отыскать артефакты с историей. В большинстве случаев раскопки проводят перед ремонтными и строительными работами или при благоустройстве улиц. Отдельный вид работ — определение границ объектов культурного и археологического наследия. «От предшествующих поколений археологов у нас осталось достаточно много сведений о памятниках, которые были найдены. К сожалению, зачастую они сводятся к точке на карте. Чтобы взять их под надежную охрану, нужно четко определить их границы», — рассказал Владимир Беркович, заместитель генерального директора компании «Археологические изыскания в строительстве». Историк и археолог 30 лет изучает разные территории столицы.

Владимир Беркович, заместитель гендиректора компании «Археологические изыскания в строительстве»

По его словам, в последние годы большие работы были проведены в Троицком и Новомосковском округах. Ими много занимался недавно ушедший из жизни ученый Михаил Гоняный. В ТиНАО он обнаружил древние курганы и шахту по добыче белого камня.

Объектом археологического наследия считается весь центр города в границах Камер-Коллежского вала. Любые строительные работы здесь должны сопровождаться раскопками. В этом году ученые работали со строителями объектов, необходимых для борьбы с COVID-19, в частности, на территории 31-й больницы, рассказал глава «Столичного археологического бюро» Константин Воронин. «Мы — маленький компонент городской инфраструктурной жизни. Без наших исследований не подготовить многие проекты, городские службы не смогут их согласовать», — добавил он.

В Москве археологи могут работать не только летом, но и зимой. «Когда тепло, на месте раскопок просто строится навес от дождя. А зимой над раскопами устанавливают павильоны — стационарные с отоплением тепловыми пушками или переносные. Грунт на ночь укрывают теплоизолирующим материалом, чтобы он не промерзал», — поясняет Владимир Беркович.

Этой весной археологи приостановили полевые работы из-за пандемии, возобновили раскопки только во второй половине июня. Тем не менее в списке находок этого года уже немало ценных артефактов: это и сейф со следами взлома рубежа XIX–XX веков, и расписные изразцы XVIII века, и фаянсовая помадная банка, и глиняная свистулька в форме соловья XIX века.

По словам Константина Воронина, пока раскопок не было, археологи переместились за столы — занялись обработкой собранных коллекций и составлением научных отчетов. «Мы доделали наши академические исследования по объектам, найденным несколько лет назад. И самое главное — мы закончили реставрацию великолепного оружейного комплекса, который был найден в одном из срубов начала XVII века. Там обнаружили фрагменты европейского доспеха вместе с предметами восточной воинской культуры. Этот комплекс отчетливо показывает место России на границе Запада и Востока», — рассказал руководитель «Столичного археологического бюро».

Московский неолит

Особенно богатым на находки оказался 2019 год, археологи тогда нашли более 10 тысяч артефактов.

«На Гоголевском бульваре в раскопках найдена уникальная изразцовая коллекция с изображениями звериных и человеческих фигур, античных персонажей и библейских сюжетов. Еще здесь нашли предметы вооружения, это неслучайно — по бульварам проходили оборонительные стены Белого города. Но самой интересной находкой стал кремневый наконечник дротика эпохи неолита (IV–III тысячелетие до нашей эры. — Прим. mos.ru)», — рассказал Владимир Беркович.

По его словам, сначала археологи думали, что это так называемая громовая стрела: люди находили такие обработанные камни, считали их посланниками небес и носили как амулеты. «Но, продолжая раскопки, мы обнаружили керамику эпохи неолита. То есть мы зафиксировали остатки временного поселения этой эпохи», — отметил эксперт.

Много интересного обнаружили и на Пятницкой улице. Там между современными слоями земли археологам удалось найти пласты XV–XVI веков с фрагментами керамических сосудов и монетами. Во время реставрации дома купцов Варгиных здесь нашли уникальную коллекцию из почти тысячи изразцов, украшавших усадебные печи. Изразцы с изображениями животных показывали в Московском зоопарке, а после коллекция переехала на выставку в Музей Москвы.

Еще почти тысячу артефактов нашли на территории бывшего Воспитательного дома в Китайгородском проезде. Это одно из немногих зданий в Москве, которое не пострадало при пожаре 1812 года. В ближайшие годы его отреставрируют, а пока здесь идут научные исследования. «Среди артефактов XVI–XIX веков здесь тоже была обнаружена керамика эпохи неолита. Еще одна примечательная находка — череп коня, который нашли в дренажном колодце XVIII века», — рассказал Владимир Беркович. Ученые предполагают, что обнаруженные фрагменты керамики могут свидетельствовать о том, что когда-то здесь располагалась древняя стоянка рыбаков.

Именно такие находки археолог считает самыми ценными. «Я копаю в Москве достаточно давно, но именно последние несколько лет подарили мне те находки, которые заставляют немного по-другому взглянуть на культурный слой», — отметил Владимир Беркович. Он вспоминает, что раньше артефакты эпохи неолита попадались археологам нечасто — один, например, случайно обнаружил прораб на стройке. Это был топор фатьяновской культуры (III тысячи лет до нашей эры — бронзовый век).

«А теперь подряд пошли находки, относящиеся к периоду задолго до образования Москвы. В Соймоновском проезде были найдены кремневый наконечник копья эпохи неолита и обломок полированного топора, такой же обломок одновременно нашли в Зарядье. В следующем полевом сезоне мы нашли керамику неолита на территории Воспитательного дома, а также керамику и кремневый наконечник той же эпохи на Гоголевском бульваре. То есть находки такого раннего времени становятся не просто случайностью, а говорят о том, что освоение московской территории велось издревле», — рассказал Владимир Беркович.

В эпоху неолита многие древние цивилизации только начали формироваться. Человечество тогда еще переходило от охоты и собирательства к земледелию и скотоводству — это время, когда не было ни Древнего Рима, ни Древней Греции.

Отпечатки времени

По словам Константина Воронина, одной из самых эффектных его находок стал клад начала XVII столетия. Пять лет назад его команде удалось обнаружить сразу 20 килограммов серебряных монет. Но с особой теплотой он вспоминает другую находку. «Это было погребение кошки с крестиком. Кошка эта жила где-то в конце XV века. Мы ее между собой называем “православной кошкой”. Эта находка меня очень тронула, я к этой кошке отношусь не только с научной, но и с человеческой симпатией», — рассказал археолог.

Константин Воронин, руководитель Столичного археологического бюро

Он добавил, что археология иногда открывает такие неожиданные истории без письменных источников. При этом ценные находки или нет — по его мнению, вопрос подачи. «Если об артефакте написать хорошую статью, его будут знать как ценное, если не написать — нет. Я считаю, что любая находка имеет определенную ценность просто потому, что это наследие прошлого: от куска керамики до какой-то монеты», — отметил Константин Воронин.

Насколько это точная наука, можно судить по приметам недавнего прошлого.

«Когда мы работали недалеко от Васильевского спуска, у нас были чудесные находки конца XX века. Они очень хорошо показывали события, которые происходили в стране. Допустим, когда в 1990-х годах была высокая инфляция, в культурном слое валялись кучи мелочи номиналом пять — десять копеек, потому что эти деньги ничего не стоили. А с 2000-х годов, когда жизнь изменилась, в культурном слое появились иностранные монеты: из Китая, Америки, Евросоюза (стран с самыми активными экономиками, которые тесно взаимодействуют с Россией). Вот насколько археология работает исторично. Мы, сами того не понимая, составляем некую материальную культуру, которую будут исследовать наши потомки», — рассказал Константин Воронин.

Он пояснил, что культурный слой формируется год за годом из потерянных вещей: монеток, ключей, заколок. Учитывая, что Москва долгое время не была покрыта камнем, здесь не было мостовых, откуда убирали бы мусор, и весь он так или иначе оставался в земле. «Получался некий код жизни человека. Каждый из нас формирует историческую память о нашем существовании», — добавил руководитель «Столичного археологического бюро».

От ямы до музея

Чтобы найти ценный артефакт, недостаточно просто смотреть, считает археолог. Ученые перебирают грунт вручную, а иногда не обойтись и без специального оборудования. «В Москве грунт очень насыщен. Поэтому монетку размером с ноготь можно не увидеть, а металлодетектор ее найдет», — отметил Владимир Беркович.

Археолог вспомнил об одном таком случае: на Пречистенке нашли шахматную фигурку, внутри которой оказались серебряные монеты. «Без металлодетектора фигурку могли бы не заметить, но она зазвенела, человек ее поднял, понял, что кость не может звенеть, раскрутил и нашел монеты», — сказал Владимир Беркович. Такую же фигурку позже нашли в одном из музеев: реставраторы ее открыли, но клада внутри не оказалось.

В арсенале археологов появляются новые приборы и лабораторные технологии, все чаще они привлекают к работе ученых других специальностей: почвоведов, геохимиков, геофизиков, биологов, палеогеографов. По словам Константина Воронина, современная археология чем-то похожа на криминалистику, поскольку использует очень много аналитических данных.

С помощью методов естественно-научных исследований эксперты могут лучше понять условия жизни наших предков. Образцы пыльцы, например, помогают узнать, что росло на определенной территории в тот или иной момент, и на основании этого восстановить ландшафт. Уголь от многочисленных московских пожаров помогает установить возраст построек. «Радиоуглеродный метод дает нам более точную дату, которая позже подтверждается нумизматическими находками. Так, на раскопках был найден горизонт пожара конца XIV — начала XV века. Там же мы нашли монеты Василия Дмитриевича — сына Дмитрия Донского, который правил в это время», — отметил Константин Воронин.

Еще один необычный способ сбора данных археологи использовали во время работ рядом со зданием Гостиного Двора. Там они изучали останки насекомых, которые жили рядом с людьми в XIII веке. «Выяснилось, что среди этих жучков нет никаких человеческих паразитов (вшей и других) и никаких вредителей, которые питались бы припасами, например мукой. Такие, казалось бы, неожиданные и несерьезные моменты могут свидетельствовать о гигиене наших предков. Значит, на этом месте располагались усадьбы, где люди следили за собой и были весьма цивилизованными. Мы сделали вывод, что москвичи в XIII веке были чистюлями, по крайней мере в этом месте», — рассказал Константин Воронин.

«Но вообще археология — наука очень консервативная, ее называют историей, вооруженной лопатой. При всем обилии вариантов лопата остается самым главным нашим инструментом», — отметил Владимир Беркович.

Обнаружив что-то ценное, эксперты наносят находку на план, обозначая точное место и глубину. Дальше она отправляется в камеральную лабораторию, где проходит первичную обработку: с нее бережно удаляют грунт, фотографируют, рисуют размеры, вносят в иллюстрированную опись и специальный отчет. При необходимости находку отправляют на реставрацию, которая может занять от недели до нескольких лет. А уже после археологические артефакты отправляются на выставки. «Сейчас мы все передаем в Музей Москвы — это уникальное место, где много лет собирают археологические находки», — рассказал Владимир Беркович.

От изразцов до древних монет: что еще нашли в Царицыне и Лефортове во время раскопок

Увидеть главные находки последнего десятилетия можно в интернете. Мосгорнаследие недавно запустило сайт с виртуальной выставкой, где есть игрушки, предметы быта, печные изразцы, находки каменного века, религиозная атрибутика, монеты, печати и даже клады. Самые ранние датированы эпохой неолита, самые поздние — началом ХХ века. Каждый артефакт сопровождается фотографиями и описанием, в котором указаны возраст, функции и место, где находку обнаружили. Выставку планируют регулярно пополнять.

Новые кадры

По мнению Владимира Берковича, археология сегодня находится на подъеме — любые строительные и ремонтные работы на исторических объектах сопровождаются раскопками. А поскольку в Москве таких объектов очень много, археологи, как представители довольно уникальной профессии, всегда очень востребованы. «Чтобы в достаточно сжатые сроки современного строительства качественно выполнить работу, нужно большое количество профессиональных кадров. Сейчас выпускают не так много археологов», — рассказывает он.

Кафедра археологии есть в Московском государственном университете имени М.В. Ломоносова. Кроме того, ряды специалистов могут пополнять выпускники исторических факультетов других вузов, которые проходят археологическую практику. «В масштабах всей страны специалистов очень мало, мы их всех буквально знаем в лицо», — сказал Владимир Беркович. Он также добавил, что для подготовки профильных кадров нужно больше учебных заведений.

Впрочем, уточняет Константин Воронин, молодых людей, которые увлекаются археологией, сегодня немало, и можно найти тех, кто будет готов приступить к работе.