40 лет спустя: воспоминания спортсменов об Олимпиаде-80

40 лет спустя: воспоминания спортсменов об Олимпиаде-80
Общий вид Большой спортивной арены Центрального стадиона имени В.И. Ленина в день открытия XXII летних Олимпийских игр. Автор Ю. Королев. 19 июля 1980 года. Главархив Москвы
Гордость, радость, работа на износ и новые знакомства: спустя 40 лет спортсмены вспоминают легендарную московскую Олимпиаду.

Ровно 40 лет назад, 19 июля 1980 года, на стадионе в Лужниках зажегся факел XXII летних Олимпийских игр. В Москву приехали спортсмены из 81 страны, со всех континентов. Впереди — напряженные соревнования, слезы радости, сотни медалей, десятки мировых рекордов и, конечно, главный символ Олимпиады-80 — мишка, который улетел в небо под песню «До свидания, Москва!», заставив рыдать миллионы зрителей, и которого мы помним даже 40 лет спустя.

Москва шесть лет готовилась к Олимпиаде. За это время в столице появились новые спорткомплексы, в том числе «Олимпийский», велотрек в Крылатском, конноспортивный комплекс в Битце, Дворец спорта «Динамо», реконструировали Гребной канал, стадион в Лужниках и другие объекты. Специально к играм построили гостиницы «Космос» и «Измайлово», новый корпус телецентра «Останкино» и большую Олимпийскую деревню в Тропарево-Никулине.

Олимпиада прошла на высшем уровне, подарила зрителям бесценные эмоции и воспоминания, слезы радости и печали, яркие моменты и зрелищные выступления. В СССР приехали кока-кола, финское пиво и американские сигареты, полки магазинов на время стали изобиловать продуктами. В Советском Союзе даже запустили производство «идеологически вредной» жвачки.

Мы вспоминаем московскую Олимпиаду вместе с ее главными звездами — чемпионами и призерами.

Флаги стран — участниц ХХII летних Олимпийских игр перед спортивным комплексом «Олимпийский» на Олимпийском проспекте. Автор Ю. Королев. Июль 1980 года. Главархив Москвы

Евгений Гришин: Все было заточено на одну цель — выиграть, выиграть, выиграть

Олимпийский чемпион ватерполист

Когда я понял, что попал в олимпийскую сборную, конечно, испытал восторг. Но это было решено совсем незадолго до Игр. Я, как говорится, запрыгнул в уходящий поезд. Всего за месяц в Москве проходил предолимпийский турнир, оставалось одно место в сборной, которое тренер еще не определил. Я хорошо сыграл и получил это место.

Конечно, родители очень гордились. У меня мама олимпийская чемпионка, папа тоже призер двух Олимпиад. Конечно, они очень радовались, что сын идет по их стопам. Мама была на трибунах, болела за меня. Когда я стал олимпийским чемпионом, она плакала.

Я, к сожалению, не участвовал в церемонии открытия из-за травмы. Вся моя команда была на стадионе, в праздничной колонне, а я в это время сидел с врачом и массажистом в Олимпийской дерене и наблюдал за своими ребятами по телевизору.

Конечно, мы перед играми очень волнуемся. Если кто-то скажет, что не волнуется, не верьте. Но ты учишься уходить от этих мыслей, настраиваешься на игру. Тут, конечно, важна работа тренеров, психологов. На тренировках и разминках мы стараемся как можно больше себя загрузить физически, чтобы уйти от этого волнения. Обычно нервничаешь, не можешь уснуть после каких-то ошибок. На этой Олимпиаде был матч предварительного этапа с венграми. Мы его выиграли, но я в этом матче не забил пенальти. И я до сих пор помню в подробностях все моменты этого пенальти, как и что происходило.

Несмотря на бойкот многих стран, в дисциплине «водное поло» турнир был очень серьезным. Основными конкурентами на тот момент были Югославия, Венгрия и Италия. Сначала мы обыграли команды Италии и Венгрии, конечно, с трудом обыграли, ничего не могу сказать. И финальный матч был с Югославией, на котором решалась судьба олимпийской медали. Конечно, мы были безумно рады! Сбросили нашего тренера в воду. Была у ватерполистов такая традиция: когда выигрывали соревнования, то скидывали тренера прямо в одежде в бассейн.

Но осознание того, что я стал олимпийским чемпионом, пришло позже, когда Олимпиада закончилась. Потому что накал борьбы, эмоции, страсти, работа через не могу — это все мешает тебе осознать. А когда уже дома в спокойной обстановке мама меня обняла, сказала: «Ты молодец, сынок!», когда начались различные чествования, тогда я стал понимать, насколько это важно и почетно.

Больше всего запомнились последние минуты игры с Югославией. Мы вели весь матч и в конце уже смотрели на секундомер, когда же время закончится, чтобы мы выиграли. До сих пор помню эти моменты — последние секунды матча, финальный свисток, ликование, потом пьедестал почета, медали… Но все же самое яркое и эмоциональное воспоминание — это когда мишка улетал. Все тогда рыдали!

Финал церемонии закрытия XXII Олимпийских игр на Центральном стадионе имени В.И. Ленина. Автор М. Боташев. 3 августа 1980 года. Главархив Москвы

В Москве тогда царила особая атмосфера, но мы, спортсмены, этого всего не видели. Мы жили в Олимпийской деревне, постоянно тренировались, ни на что другое времени не было. У всей сборной команды СССР (по всем видам спорта) была задача выиграть. И это получилось — у нас было рекордное количество золотых медалей. Все было заточено на одну цель — выиграть, выиграть, выиграть.

В 20 лет стать олимпийским чемпионом — это предел мечтаний для любого спортсмена. Многие идут к этому годами, у кого-то получается, у кого-то нет. Для меня стать чемпионом в таком возрасте — это было просто как выиграть в лотерею, я вытащил счастливый билет.

На следующих соревнованиях, которые проходили уже после Олимпиады, соперники больше уважали нашу команду, в то же время появилась ответственность, потому что завоевать можно все, что угодно, а вот отстоять достаточно тяжело. На следующий год был чемпионат Европы, в 1981 году, который мы выиграли. Олимпиада для нас стала плацдармом для дальнейших побед. Мы до 1986 года выигрывали практически все соревнования, которые только было возможно выиграть: два чемпионата Европы, чемпионат мира. Если бы не бойкот Олимпиады в Лос-Анджелесе в 1984 году, процентов на 90 я уверен, что мы бы победили и там тоже и стали бы двукратными олимпийскими чемпионами.

Олимпиада-80 очень много значила не только для нас, спортсменов, но и для всей страны. Построили массу спортивных объектов, новые бассейны, стадионы и другие сооружения. Это была колоссальная популяризация спорта, еще больше детей стали заниматься, стали появляться молодые перспективные спортсмены.

Дворец спорта «Измайлово». Автор В. Егоров. 1979 год. Главархив Москвы

Татьяна Овечкина: Игры дома — это, с одной стороны, поддержка, а с другой — огромная ответственность

Двукратная олимпийская чемпионка баскетболистка

Когда я узнала, что Олимпиада будет проходить в Москве, я очень обрадовалась, что никуда не надо ехать. Но если серьезно, это была огромная гордость. Мы, спортсмены, наши тренеры, друзья и близкие обрадовались. Все хотели посмотреть на нас вживую, как мы играем.

Я заранее понимала, что попадаю в сборную. Конечно, все старались, конкуренция была большая, потому что в Советском Союзе был сильный баскетбол. Несмотря на то что я была игроком основного состава, все равно я на каждой игре на чемпионате Советского Союза доказывала, что не напрасно меня приглашают в сборную, не напрасно я являюсь игроком сборной команды страны.

Первое впечатление от Олимпиады — это шок, какой пустой и вычищенной была Москва. Полки в магазинах ломились от продуктов. Была такая тишина, спокойствие, чистота. Словом, очень классно было!

Самым напряженным был матч со сборной Чехословакии. Мы всегда играли с ними очко в очко. Например, на монреальской Олимпиаде 1976 года мы выиграли у них всего 13 очков.

Игры дома — это, с одной стороны, поддержка, а с другой — огромная ответственность. Ты знаешь, что там твои тренеры, друзья, родные, соседи, нельзя ударить в грязь лицом. Но болели очень здорово, очень дружно, играть было приятно.

Жили мы в Олимпийской деревне вместе с остальными спортсменами. Общались, конечно, в первую очередь со своей командой, но и с иностранцами тоже. Там особая атмосфера: все болеют друг за друга, поддерживают. Всегда после матча интересуются, как сыграли. Мы ходили смотреть игры мужчин-баскетболистов. Нам очень нравилось, как играла мужская команда Югославии, в ней было много сильных игроков.

ХХII Олимпийские игры. Фрагмент матча по баскетболу между командами Бразилии и ЧССР. 1980 год. Главархив Москвы

В деревне особенно запомнились рестораны. Их было несколько, но вкуснее всего кормили в «Софии» и «Праге». Мы, кстати, и мужей умудрялись оттуда кормить. Повара нам собирали еду в контейнеры, мы им передавали.

Команда у нас была интернациональная: рижанка, литовки, украинка, ну и русские, конечно, тоже.

Мы шли к победе четыре года, с монреальской Олимпиады. Мечтали, что мы победим, что у нас получится. И когда эта мечта сбылась, мы были очень довольны. Медали такие красивые! А еще форма у нас была здоровская: пиджаки и юбочки. Отлично смотрелось! Вообще все прошло прекрасно, начиная с открытия и заканчивая легендарным закрытием с мишкой. До сих пор, когда слышу песню «До свидания, Москва!», сразу вспоминаю те Олимпийские игры. Как мы входили в эту огромную чашу стадиона с битком набитыми трибунами… И слезы наворачиваются.

Во время церемонии закрытия XXII Олимпийских игр на Центральном стадионе имени В.И. Ленина. Автор М. Боташев. 3 августа 1980 года. Главархив Москвы

Не для всех спортсменов Олимпиада была праздником. Двукратный (на тот момент) чемпион мира по вольной борьбе Сергей Корнилаев взял на играх бронзу. Результат, который миллионам обычных людей кажется огромным достижением, стал для него разочарованием.

Сергей Корнилаев: Праздник прошел мимо меня

Бронзовый призер XXII Олимпийских игр и четырехкратный чемпион мира борец вольного стиля

Я до последнего момента не понимал, попадаю в сборную или нет. И вместо того, чтобы нормально готовиться, я нервничал из-за этой ситуации. Это был сплошной стресс, который продлился в течение всех Игр. Я только потом, когда все проанализировал, понял, насколько был морально истощен. Видимо, этим и отличаются Олимпийские игры — там психологическое давление намного сильнее ощущается.

Самое обидное — это то, что у меня была возможность победить. Турнир до последнего складывался в мою пользу. Но я этим не воспользовался. И только когда я стоял на пьедестале, я понял, что натворил. Конечно, никто меня не ругал: ни команда, ни тренеры. Но я сам чувствовал, что подвел команду, тренеров, страну.

Люди со стороны считают, что бронза Олимпиады — это большое достижение, но для меня это не так. Потому что золотая медаль была очень близко, а я умудрился ее не взять. И до сих пор, когда я вижу своих тренеров, мне, конечно, стыдно, что я их подвел. И с этим грузом я живу уже 40 лет.

В Москве был большой праздник, нас, спортсменов, все чествовали, все было для нас. Люди из разных городов и стран общались, радовались, поздравляли друг друга, но все это прошло мимо меня.