Поделки из бивня мамонта и изразцы Петровской эпохи. Археолог Владимир Беркович — о самых интересных находках

Поделки из бивня мамонта и изразцы Петровской эпохи. Археолог Владимир Беркович — о самых интересных находках
Фундаменты Хлебного и Кормового дворов. Фото: mos.ru. Юлия Иванко
Интересные для археологов места встречаются не только в историческом центре Москвы. Владимир Беркович рассказывает о раскопках и артефактах, которые удалось обнаружить в музее-заповеднике «Коломенское» и в районе Южное Медведково.

Первое упоминание о селе Медведково встречается в исторических документах 1623 года. В то время оно принадлежало боярину Василию Федоровичу Пожарскому по прозвищу Медведок, полвека спустя перешло к князю Голицыну, а затем было пожаловано семье Нарышкиных. В черту города бывшее село вошло только в 1960 году. Вскоре после этого в районе началось массовое жилищное строительство, и последние сохранившиеся к тому времени сельские дома снесли. Как люди жили на этих территориях в XVII веке, как выглядел интерьер утраченной господской усадьбы Медведково до революции и была ли эта усадьба единственной — на все эти и многие другие вопросы помогают ответить археологические исследования.

О самых любопытных находках, сделанных археологами в 2019 году, о том, как это поможет историкам и москвоведам и о том, как бывшее дворцовое село Коломенское превращалось в музей, mos.ru рассказал Владимир Беркович — археолог, который почти 30 лет изучает различные территории Москвы, помнит историю музеефикации «Коломенского» и руководит поиском исторических артефактов в Южном Медведкове в настоящее время.

— С какого года вы ведете в Южном Медведкове археологические исследования? Как было принято решение вести их именно здесь?

— Мы начали работы этой весной. Они связаны с благоустройством парка в пойме Яузы. Этот парк возник на месте снесенного к 1970-м годам села Медведково. Теперь район получит прекрасный обновленный парк с дорожками, скамьями и беседками. Долгое время на эту территорию свозили мусор с ближайшей застройки, затем здесь высадили деревья. Но прошло время, и город проводит огромную, важную работу по благоустройству. Все работы по благоустройству контролируются археологами, а Медведково —территория древнего села, поэтому, конечно же, нельзя было обойтись без археологического сопровождения. Эти работы дали нам возможность получить бесценную информацию, связанную с этим уголком нашего города. Выяснилось, что в культурном слое содержится много фрагментов керамических сосудов и изразцов. Мы попытались узнать, как эти артефакты попали в верхний слой современного строительного мусора.

— Какие артефакты, найденные вами, наиболее интересны с точки зрения археологии?

— Ниже проектных отметок, ниже подошвы так называемого техногенного, балластного слоя мы нашли несколько археологических комплексов, относящихся к эпохе Петра I, то есть ко второй половине XVII — первой четверти XVIII века. Среди важных находок — прежде всего, конечно, детали резной белокаменной колонны. Это древнейший артефакт из найденных на этой территории и самый уникальный, самый показательный. Дело в том, что в те времена это была даже не окраина Москвы, а село далеко за городом. А деталь, связанная с большим каменным строением — может, церкви, а может, каких-то палат, — это реальное археологическое подтверждение того, что здесь находились крупные усадьбы князей Пожарских, Голицыных и ряда других знатных фамилий.

Следы дворянской роскоши: археологи обнаружили в Южном Медведкове предметы из усадьбы князя Голицына

Ее нашли в яме вместе с фрагментами рельефных полихромных изразцов. Эти находки принадлежат к достаточно конкретному периоду: последняя четверть XVII — первая четверть XVIII века. Разноцветные рельефные изразцы в то время — вещь достаточно дорогая, и вряд ли богатые изразцовые печи могли быть в домах простых жителей села Медведково. Чтобы представить себе, как выглядели эти печи, можно съездить, например, во дворец царя Алексея Михайловича в «Коломенском». Там есть подобные реконструированные печи.

Интересные находки, относящиеся, видимо, к более позднему времени, — это заготовки из бивня мамонта для каких-то поделок. Конечно, были найдены здесь и артефакты, связанные с жизнью села, в том числе различные монеты XIX века. А также мы обнаружили здесь фрагмент скульптуры XX века — голову космонавта, которая, как мы предполагаем, оказалась здесь среди строительного мусора, который сюда свозили, в том числе из парковых построек.

— Почти все находки, о которых мы говорим, небольшого размера. Как за достаточно короткий период времени удалось найти столько археологических мелочей?

— Поскольку слой переотложенный, то есть смешанный с современными наслоениями — строительным мусором и так далее, нам пришлось просмотреть все отвалы — груды земли, образовавшиеся в ходе благоустройства, весь грунт. И в этом нам очень помогли волонтеры — местные жители, которые очень интересовались, что здесь происходит, и приходили поучаствовать в исследованиях. Причем это были люди разного возраста: от школьников до убеленных сединами старцев. Конечно, все это происходило непосредственно под нашим контролем. Отсюда такое количество находок. Это прекрасный пример активного участия горожан в деле сохранения уникального историко-культурного наследия Москвы.

— Куда отправляются находки после исследования?

— Все артефакты, которые мы нашли в Южном Медведкове, можно будет увидеть на выставке в Музее Москвы. Она откроется там ко Дню города и будет посвящена археологическим исследованиям, проходившим на территории столицы в 2019 году. Это уже добрая традиция: каждый год Музей Москвы организует такие выставки, на которых археологические организации могут продемонстрировать новые находки. Эти экспозиции обычно вызывают огромный интерес у горожан, и нам очень приятно, что наш труд кому-то интересен.

— Что нужно знать об археологических раскопках в музее-заповеднике «Коломенское»?

— Там работы ведутся достаточно давно. Начинал их еще известный архитектор хранитель московского наследия Петр Дмитриевич Барановский, который был директором музея. Эта история длится еще с довоенных времен. Долгое время на этой территории, в том числе на Дьяковом городище, работы вел Институт археологии Академии наук. Дьяково городище — это уникальный памятник железного века. Затем работами руководил Александр Григорьевич Векслер, ушедший от нас в 2016 году. Под его началом мы изучали кормовой двор — дворцовые кухни царя Алексея Михайловича. В результате была не только сформирована коллекция, связанная с функционированием этого комплекса, но и проведена музеефикация объекта, то есть превращение руин в музейные экспонаты. И сейчас на них можно посмотреть: если зайти на территорию «Коломенского» через задние ворота центральной части (там, где Казанская церковь), можно увидеть восстановленные караульни, а также музеефицированные остатки фундаментов кормового двора, печи, белокаменного погреба. Над ними возведена стеклянная крыша.

Спасские (Задние) ворота. Фото: mos.ru. Юлия Иванко

Кроме того, под руководством Векслера археологи изучали территорию самого дворца царя Алексея Михайловича. В свое время обсуждался вопрос, где можно восстановить этот дворец, разобранный при Екатерине II. Изначально планировалось восстановить его на историческом месте, но там уже были зеленые насаждения, и это нарушило бы привычный, сложившийся образ «Коломенского». Поэтому, используя результаты археологической работы, дворец построили на территории села Дьяково. Сейчас это музейный комплекс.

Историческая территория деревянного дворца царя Алексея Михайловича. Фото: mos.ru. Юлия Иванко

Помимо этого, масштабные археологические работы под руководством историка Леонида Андреевича Беляева были связаны с реставрацией церкви Вознесения в «Коломенском». Здесь был изучен некрополь, относящийся к XIV–XV векам, а может быть, и к более раннему периоду, строительные горизонты и остатки комплексов XV–XVI веков. Последние работы мы провели здесь пару лет назад совместно с Российской академией наук. В ходе этих многолетних исследований ученые выявили в этих местах ряд объектов археологического наследия, но четких территориальных границ в их работах указано не было. То есть, кроме древнего Дьякова городища, были найдены и селища — неукрепленные поселения, выявлен зоны культурного слоя дворцовой, центральной дворцовой части и так далее. Но любой охраняемый объект как археологии, так и, например, архитектуры должен иметь свои границы. Для этого мы и провели большие разведочные работы, которые помогли уточнить на территории «Коломенского» конкретные участки, подлежащие охране.

Церковь Вознесения Господня. Фото: mos.ru. Юлия Иванко

— Можете вспомнить какой-нибудь археологический объект в «Коломенском», который был особенно интересен лично вам?

— Первый объект, который я вел в «Коломенском», — как раз кормовой двор. Это было в 1999 году. До начала раскопок место проведения представляло собой полянку, на которой из-под травы в нескольких местах виднелись какие-то явно древние камни — остатки колонн, жернова. Лежали вроде бы безо всякой системы. А когда мы начали раскопки и изучили план кормового двора, выяснилось, что они лежат не просто так, а маркируют углы несохранившихся построек. Вот это было для меня интереснее всего. Оказалось, что в 1930-е годы Барановский, защищая эту территорию от распашки, которую хотели провести члены местного колхоза, положил эти камни, с одной стороны, препятствуя распашке, с другой — промаркировав углы. Так что мне запомнилось это, как некая связь археологов разных времен.

Была и смешная ситуация, хотя тогда было не очень весело. На раскопках кормового двора нам помогали волонтеры и студенты одного из педагогических вузов Москвы. Одна девочка подошла ко мне, протянула металлический предмет и спросила: «А это не граната случайно?». Я смотрю — граната. Взял ее, отнес подальше. В итоге оцепили все «Коломенское», всех на время выгнали с работ. Потом приехал сапер, положил ее в карман и увез. То есть на самом деле она была недействующая. Откуда она там взялась? Во время Великой Отечественной войны на территории «Коломенского» располагались части ПВО — зенитные и аэростатного заграждения. Видимо, здесь была какая-то землянка, и люди, уходя, засыпали ее чем пришлось. Получилось, что мы одновременно провели раскопки на объектах XVII и XX века. Вот так бывает в Москве — старое сосуществует с новым.