Киплинг, Манн и Витгенштейн. Любимые книги директоров московских музеев

Киплинг, Манн и Витгенштейн. Любимые книги директоров московских музеев
«Книга джунглей» как источник знаний о стиле, философский трактат как художественное произведение и романы Артура Хейли как пособие по организации работы в команде.

31 июля — День вспоминания любимых книжек. Неофициальный праздник, родившийся в интернете, за несколько лет вышел за пределы тематических форумов. Традицию рассказывать о своих любимых авторах и книгах в этот день поддержали директора московских музеев, рассказав о книгах, которые поразили их в детстве и юности, не перестали нравиться по прошествии лет, а также о книгах, в которых они черпают вдохновение.

Совместный материал mos.ru и агентства «Мосгортур».

Анна Клюкина, директор Дарвиновского музея

Я всегда говорю, что свои десять классов закончила в десяти разных школах. Мы с семьей часто переезжали: папа был военным. Но, несмотря на переезды, книги были в доме всегда — томик Генриха Гейне тех лет у меня хранится до сих пор. Как и многие дети советского времени, я любила читать запоем — был и фонарик, спрятанный под подушкой для ночного чтения, и книжка, ждущая своего часа под кроватью.

В школе я училась на одни пятерки, но вообще не выполняла домашние задания — все время отнимало чтение. Однажды даже дошло до того, что к нам домой пришел завуч и рассказал маме, что ее дочь не делает уроки.

Часто книги становятся для меня источником вдохновения. Например, рассказ Рэя Брэдбери «И грянул гром» подтолкнул меня к созданию интерактивной экспозиции «Пройди путем эволюции». Хоть фантастику я не люблю и не читаю, но именно это произведение произвело на меня сильное впечатление.

Своей любимой книгой я назову «Опыты» Мишеля де Монтеня. Когда что-то в жизни не получается — на работе или дома, ты открываешь этого французского философа и понимаешь, что все не так уж плохо, что все можно преодолеть. Его книги лежали на моей прикроватной тумбочке в самое тяжелое время — те 10 лет, пока строился музей. Сейчас, когда он работает и жизнь налаживается, «Опыты» лишь изредка достаются с полки.

Владимир Преснов, директор музея-панорамы «Бородинская битва»

Я считаю, что любовь к чтению прививается с детства, причем воспитывается примером. Моя мама работала в библиотеке — сначала в детской, а затем и во взрослой, поэтому все детство я провел среди книг. Иногда специально брал с полки в читальном зале какую-то сложную взрослую книгу, чтобы люди, проходившие мимо, думали: «Какой хороший мальчик!»

Не покривлю душой, если скажу, что уже более 30 лет моей любимой книгой остается «Логико-философский трактат» Людвига Витгенштейна. По первому образованию я философ, и с Витгенштейном познакомился еще во время учебы в университете. По прошествии многих лет я понимаю, что ничего более загадочного, изящного в исполнении я, наверное, не видел. Конечно, эта книга не лежит у меня каждый день на столе, но время от времени я к ней возвращаюсь. При этом я уже воспринимаю ее не как философский труд, а как художественное произведение.

С познанием философии у меня связана забавная история. Нужно было готовиться к зачету по немецкой классической философии, но у меня не шел Иммануил Кант — я никак не мог пробиться через его мысль. У меня есть необычная привычка — очень люблю читать книги в ванне. Взяв с собой в ванную Канта, я был приятно удивлен. Так пала граница между великим философом и простым студентом. А зачет в итоге был сдан.

Елена Жук, директор Дома-музея Марины Цветаевой

Для меня вопрос о любимой книге довольно сложный — с книгами мне всегда везло, каждая оставляла свой след в памяти. Но верным спутником и собеседником на долгие-долгие годы для меня стал роман «Иосиф и его братья» Томаса Манна.

В основе произведения лежит библейский сюжет об Иосифе Великолепном, которого родные братья продали в рабство за 20 сребреников. В Библии он занимает несколько абзацев, а в мировой культуре воспроизведен многократно — в живописи, музыке, литературе. Манн по-своему раскрывает его, добавляя многочисленные правдоподобные детали, и ветхозаветная история становится близкой и понятной сегодня. Чтение романа можно сравнить с медитативной практикой — оно погружает в какое-то параллельное измерение, где время течет медленнее, а смысл поступков и слов становится глубже.

Важно понимать и исторический контекст создания книги. Томас Манн приступил к ней в конце 1920-х годов. Ярый антифашист, вскоре после прихода Гитлера к власти он уехал из родной Германии, убежденный, что немцы предали главные гуманитарные ценности. В книге «Иосиф и его братья» писатель обращается к библейскому мифу как к созидательной силе, обращенной к любви к богу и человеку. И, выбрав эту форму романа-мифа, Манн потрясающе говорит, кажется, обо всех важнейших категориях нашей жизни: вере, любви (отцовской, братской, плотской), дружбе, власти, чести, тщеславии, верности, зависти, преданности и многом другом.

Книгу отличает потрясающий язык (рекомендую перевод Соломона Апта, впоследствии автора биографии Томаса Манна), нелинейность повествования, ирония. Это монументальный роман — и речь здесь не только о его объеме. Как пишет сам Манн в начале, «прошлое — это колодец глубины несказанной. Но не вернее ли будет назвать его просто бездонным?»

Мария Рахчеева, директор Биологического музея имени К.А. Тимирязева

В детстве с чтением у меня совсем не складывалось — точно помню, что до восьмого класса книжки я не особо любила. Все изменилось на летних каникулах, когда в домашней библиотеке я нашла фантастический роман «Человек-невидимка» Герберта Уэллса. Эта книга меня сразу увлекла — наверное, тогда у меня начал формироваться научный взгляд на мир. Роман был прочитан за день — раньше со мной такого никогда не было. С тех пор Герберт Уэллс остается моим любимым автором.

Сейчас художественная литература для меня отошла на второй план. Последние пять лет я в основном читаю нон-фикшен. Года два назад я увлеклась нейромаркетингом — дисциплиной на стыке нейробиологии и маркетинга, которая изучает способы использования механизмов работы мозга для улучшения экономических показателей. Книгу Даниела Канимана «Думай медленно — решай быстро» мне порекомендовали, когда я только начала интересоваться этой темой.

Это произведение очень помогает в работе — оно учит постоянно задавать себе вопросы: правильно ли я поступаю? Чем обусловлено мое решение? Не теряю ли я из вида какие-то детали? А практические примеры, которые приведены в книге, помогают понять, как действует наш мозг в стрессовой ситуации принятия решения.

Сергей Авдонин, директор музея-усадьбы «Кусково»

В разное время я любил разные книги. В школе мне очень нравились «Три мушкетера» Александра Дюма, Майн Рид — у меня был его шеститомник, где в том числе был и «Всадник без головы». Я считаю, что каждой книге нужно подходить в определенном состоянии души и ума — кто-то уже в 15–16 лет может взахлеб читать «Войну и мир», наслаждаясь этим произведением, а некоторые подойдут к нему только спустя несколько лет после окончания школы.

Романы Артура Хейли «Отель» и «Аэропорт» я перечитал раза три или четыре. Мне они нравятся тем, что предприятие на страницах этих произведений рассматривается как живой организм — там можно проследить правильные методы коммуникации между людьми, что очень помогает в моей работе.

Из последних прочитанных книг мне понравились мемуары художника Александра Николаевича Бенуа, особенно та их часть, которая касается его отца-архитектора. В одной из глав Бенуа пишет, что его папа в 1870–1880 годы «ничего путного не построил». Смешно сказать, но именно тогда Николай Бенуа построил швейцарский домик, который входит в ансамбль нашего музея-усадьбы.

Александр Лазарев, директор Мемориального музея А.Н. Скрябина

Как у человека, который уже немало пожил, у меня было несколько читательских периодов, смена которых приносила за собой и новые любимые книги. Например, в одно время это был роман «Мастер и Маргарита» Булгакова, а в другое — «Один день Ивана Денисовича» Солженицына. Был период, когда прозу читать вообще не хотелось. Евтушенко и Рождественский собирали полные залы. Бывало, что мы с моими друзьями ехали в трамвае и громко по очереди читали их стихотворения. И другие пассажиры не считали нас сумасшедшими!

Недавно же, примерно пять-семь лет назад, у меня наступил период увлечения мемуарами. Сейчас мне хочется вернуться и в свое прошлое, и в прошлое страны. С помощью мемуаров можно окунуться во что-то, что ты знал, в чем ты жил, и узнать нюансы, которые от тебя были скрыты.

Мне кажется, что биографическая книга получается лучше, если ее пишет приглашенный автор, а не сам герой событий — так она получается более объективной. Как сказал кто-то из классиков, «каждый не хочет быть каждым».

Сейчас мне очень нравится книга воспоминаний Зинаиды Николаевны Пастернак, жены нашего выдающегося писателя. Эта книга разделена на две части, что, как мне кажется, очень удачно: если в одной части представлены ее воспоминания, где она рассказывает о своих близких, то в другой — письма. Здесь она уже говорит о себе.

Ольга Журавлева, директор Музея В.А. Тропинина и московских художников его времени

С периодом обучения в МГУ связаны мои многочисленные книжные открытия. Тогда, например, я познакомилась с романом «Унесенные ветром» Маргарет Митчелл. Помню, как мы все были увлечены этой книгой. Я читала ее под знаменитой лестницей здания университета на Моховой. Книга меня просто не отпускала — я не могла пойти на пары, пока не дочитывала до конца главы. Но своим любимым назову другое произведение, с которым познакомилась в университетские годы.

Для меня «Сага о Форсайтах» Джона Голсуорси — это книга абсолютно о любви, причем на разных этапах жизни. Это произведение вечное. По мере твоего взросления, по мере взросления твоего ребенка смотришь на эту книгу и держишь ее в руках совершенно по-иному. Тот же персонаж, потрясающая Ирэн, — она для меня сегодня не так однозначна, как это было в студенческие годы.

Портрет — основной жанр, представленный в Музее Тропинина, — очень важен. Но не только в живописи, но и в литературе, кинематографе. С его помощью мы учимся понимать людей, с которыми встречаемся в повседневной жизни. В «Саге о Форсайтах» великолепно проработаны характеры героев, их портреты видишь и ощущаешь. С ними живешь.

Оксана Федорова, директор Музея моды

У меня довольно много любимых книг, но самой ценной для меня стала книга Редьярда Киплинга о Маугли. На основе ее персонажей я даже создала свою систему градации женской внешности и написала книгу «Формула стиля. Играй. Меняйся. Будь собой», которая вышла в 2008 году.

Для меня «Книга джунглей» — рассказ не только про дикую природу, но и про личностный рост и трансформацию, про животное и духовное начало в человеке. История о Маугли кажется мне гораздо глубже, чем принято считать. Вообще в каждой книге я нахожу для себя какую-то мудрость, поэтому советую всем никогда не останавливаться в своем развитии и побольше читать.

Больше рассказов известных москвичей о содержимом их книжных полок — в рубрике «Книжный клуб»