Выбор куратора. Главные экспонаты выставки «Собрание Морозова» в Государственном музее керамики

Выбор куратора. Главные экспонаты выставки «Собрание Морозова» в Государственном музее керамики
От монаха со снопом до Ивана Грозного и Бориса Годунова, играющих в шахматы. Куратор выставки «Собрание Морозова: фарфор, керамика, стекло» Виолетта Микитина — об одном увлеченном коллекционере и редкостях из его коллекции, которые до 14 октября можно увидеть в Большой каменной оранжерее в Кускове.

Впервые за 100 лет после национализации коллекций русского искусства видного московского собирателя Алексея Викуловича Морозова (1857–1934) Государственный музей керамики подготовил экспозицию, целиком посвященную его собранию. Как ее смотреть — в совместном материале mos.ru и агентства «Мосгортур».

Про основателя коллекции

Имя Алексея Викуловича Морозова все еще остается в тени его знаменитых родственников, но его значение для Музея керамики огромно, ведь музей был образован из его коллекции.

Династия крупных текстильных промышленников Морозовых прославилась своим меценатством. Выполняя последнюю волю отца, в начале XX века Алексей Морозов построил в Москве бесплатную детскую инфекционную больницу, которую и сейчас называют Морозовской.

В те же годы он отошел от предпринимательства и в полной мере занялся коллекционированием, которое было смыслом его жизни. Им двигала идея завещать собрание городу и сделать музей своего имени, но Первая мировая война и последовавшие за ней революционные события поставили крест на этих благих намерениях.

Портрет Алексея Морозова

Коллекции Алексея Морозова до революции располагались в его особняке во Введенском переулке (сейчас — Подсосенский). В 1918 году особняк заняли анархисты. Они заставили Морозова открыть хранилища, искали сейф с несметными сокровищами и угрожали хозяину расстрелом. Захватчики оставались в доме больше месяца. За это время коллекция сильно пострадала.

Главных направлений собирательства Алексея Викуловича было три: русский гравированный портрет, иконы и русский фарфор. В конце 1918 года вся его коллекция была национализирована, а в 1919-м на ее основе был открыт Музей русской художественной старины. Он был переименован в Музей фарфора после того, как собрания икон, гравюр и серебра были переданы в Государственный исторический музей, Музей изящных искусств (сейчас ГМИИ имени А.С. Пушкина) и Третьяковскую галерею.

Фарфоровая коллекция не имела себе равных в стране. Морозов писал в дневниках, что «не гнался за исключительно раритетами, а поставил себе задачу дать полную картину развития этой важной отрасли русской художественной промышленности».

Имея возможность эмигрировать после революции, Алексей Викулович остался в стране. И стал советским служащим — хранителем музея. Он заведовал отделом русского фарфора, занимался научной деятельностью. При его жизни музей был переименован еще раз, в Государственный музей керамики, а также дважды менял свою прописку, пока в 1932-м не осел в усадьбе Кусково.

Чем ценна фарфоровая коллекция Морозова

Во-первых, его интересом к пластике. Большая часть коллекции — не посудные формы, а скульптура. Морозову удалось собрать все самые значительные и интересные фарфоровые скульптуры и статуэтки, которые выпускали российские заводы.

Вторая особенность — интерес к вещам, которые имеют большую историческую ценность. Например, портретам императорской семьи, известных полководцев — Кутузова, Витгенштейна. Нельзя не упомянуть кружки завода Батенина с портретами императорской четы Николая I и Александры Федоровны, выполненные в редчайшей для русского фарфора технике литофании с эффектом изображения, видимого на просвет.

Третья особенность — интерес к заводам гжели. Такой гжельской коллекции, как у Морозова, точно не было ни у кого. Это притом, что гжельских заводов было очень много, их сложно определить даже по названиям.

Чем важна выставка

Всего в коллекции фарфора Морозова было около 2600 предметов. Примерно 500 из них было передано другим музеям в конце 1920-х и в 1930-е годы. На выставке представлено почти две тысячи экспонатов начиная с середины XVIII века и до начала XX. Не будет преувеличением сказать, что основные разделы фарфорового собрания Морозова — русский фарфор, керамика и стекло — впервые показывают в максимальном объеме.

Архив Морозова был практически уничтожен анархистами, ворвавшимися к нему в дом в 1918 году. Сохранились лишь какие-то отдельные материалы. На выставке можно увидеть книгу с научным описанием части коллекции, которое сделал сам коллекционер.

Выставку открывает небольшой мемориальный зал с документами и фотографиями Алексея Викуловича. Здесь подобраны вещи из его коллекции по еще одному сохранившемуся архивному источнику — небольшой тетради с названием «Замечательные вещи из собрания А.В. Морозова». На всех этикетках выдержки из этой тетради — рассказы об обстоятельствах приобретения предметов, комментарии Морозова относительно их атрибуции.

Главные экспонаты: фарфор и стекло

В любой витрине можно найти что-то особенное. Вот «Монах со снопом». Присмотритесь — и увидите, что внутри снопа спрятана девушка. Такие шуточные статуэтки выпускали на заводах Гарднера и Храпунова-Нового. В 1820-е годы из-за них разгорелся скандал: один из саратовских архимандритов возмутился, увидев фигурку на ярмарке. Дескать, негоже изображать монашеский чин вместе с девушкой, которую он куда-то несет с непонятными целями. Местные власти к духовному лицу не прислушались, тогда он пожаловался в Сенат. Дело дошло до Александра I, который повелел прекратить выпуск фигурок и уничтожить все, что уже сделаны. Так на «Монаха со снопом» обратили пристальное внимание коллекционеры.

Вот какую запись оставил об этом экземпляре Морозов: «Редкая фигура монаха, несущего на спине спрятанную в снопе девушку. Мне кажется, она была сработана Гарднером ранее наделавшей столько шуму фигуры Николая Храпунова и дала ему тему для его почти лубочной фигуры». Он датировал это приобретение 1790–1800 годами.

Невозможно пройти мимо фигур из знаменитой серии «Народы России». Ее история началась при Екатерине II, в последней трети XVIII века, с известного скульптора Жан-Доминика Рашетта. Он готовил модели по иллюстрированному описанию народов Российской империи и их традиционной одежды, составленному немецким этнографом Иоганном Георги. Позднее Рашетт дополнил серию фигурами торговцев и ремесленников. Второе рождение серия «Народы России» пережила при Николае II, когда за модели взялся скульптор Павел Каменский. Известно более 70 фигур, ставших последней масштабной серией скульптурных работ Императорского фарфорового завода (ИФЗ). Ценно, что у Морозова многие фигуры «Народов России» составлены по парам — мужская и женская.

Еще одна очень известная фарфоровая серия — «Волшебный фонарь» 1829–1830 годов — появилась благодаря одноименному сборнику гравюр художника первой половины XIX века Капитона Зеленцова. В него вошли изображения «расхожих продавцов, мастеров и других простонародных промышленников, изображенных верной кистью в настоящем их наряде». Морозову удалось собрать несколько вариантов скульптуры в разных росписях.

Два шедевра русского фарфора 1900-х годов — статуэтки «Дама с маской» и «Влюбленные». Они были созданы известным художником Серебряного века Константином Сомовым. Сотрудничество с мастером такого уровня стало для ИФЗ началом весьма успешного эксперимента по привлечению живописцев, ранее не имевших дела с фарфором. Сомов сделал для завода только три скульптуры. Настоящим раритетом стала третья, «На камне», 1906 года, потому что ее не пустили в производство. Морозов сумел разыскать одну из пяти авторских моделей, раскрашенных лично художником. Она обошлась коллекционеру в 500 рублей, примерно полмиллиона по современным меркам.

Практически целую витрину занимают скульптуры, сделанные по моделям Августа Шписа, пожалуй самого плодовитого скульптора ИФЗ. Он проработал на петербургском заводе около 50 лет, из них 36 — модельмейстером. Немец по месту рождения, Шпис переносил на русскую почву сюжеты европейского фарфора, в первую очередь мануфактур Мейссена и Севра.

Около 20 лет проработал на ИФЗ выдающийся мастер рубежа XVIII и XIX веков скульптор Степан Пименов. Благодаря ему в знаменитом Гурьевском сервизе появилась фигурная скульптура, изображающая русских крестьян. Широкое распространение получил созданный Пименовым образ «Девушки с коромыслом», или «Водоноски», появившийся в 1812 году. На выставке эта скульптура представлена в нескольких вариантах, поскольку ее неоднократно повторяли разные фарфоровые мануфактуры.

Еще один хрестоматийный образ — чернильный прибор, выпускавшийся на заводе Попова. В среде коллекционеров он получил название «Иван Грозный и Борис Годунов, играющие в шахматы». Этот сюжет одно время был довольно популярен в русской культуре благодаря легенде, согласно которой Иван Грозный скончался во время этой партии.

В последнем зале собраны редкие образцы керамики и художественного стекла. Крайне любопытный экземпляр с секретом — фаянсовая чернильница завода Ауэрбахов в виде гробницы Наполеона. Внутри находится рельефное изображение лежащего на смертном одре великого корсиканца, которое можно увидеть, если снять крышку и вытащить емкость для чернил.

Настоящий раритет — четыре швейцарских витража XVI–XVII веков с изображением библейских сюжетов и гербов. Они могли быть сделаны для городской ратуши или залов судов. Заказчиком одного из них, судя по подписи, был городской казначей.

Самые ранние изделия отечественных стеклодувов — датируемые началом XVIII века кубок с крышкой и стопа Измайловского завода, на которых изображены двуглавый орел и Георгий Победоносец. На кубке выгравирована надпись «Виватъ Царъ Пётръ Алекссевич», а на стопе — «Petr Alex Magn Czar Mosc» (усеченное «Петр Алексеевич, великий царь Московский»).

Наконец, безоговорочный шедевр стеклянного раздела — знаменитый стакан Александра Вершинина с двойными стенками. Как крепостной мастер умудрялся разместить между ними миниатюрный пейзаж, составленный из камешков, соломы, цветной бумаги и тому подобной мелочи, остается загадкой до сих пор.