Голограммы, лазеры и проекции: как музеи и театры используют в искусстве современные технологии

Современные технологии достигли высокого уровня развития и широко применяются в самых разных областях — от строительства и медицины до изобразительного искусства. Театральные сцены и выставочные пространства становятся местом, объединяющим классическое искусство художников, актеров и режиссеров с инновационными разработками.

В Москве есть места особенные — музеи и театры, которые буквально перенесут в другую реальность. Там несбыточная мечта сесть за штурвал космического корабля и отправиться к звездам может осуществиться вмиг, а желание наблюдать за планетами так, будто они совсем рядом, — тут же воплотиться. Можно увидеть огромные объемные картины и голографические волшебные миры, проявляющиеся сквозь дым и лазерные вспышки. Все это, недавно казавшееся выдумкой из фантастических фильмов и книг, сейчас стало реальностью. Рассказываем, какие технологии применяют в Музее космонавтики, Московском планетарии и на сцене «Покровка. Театра».

Космический тренажер и кинотеатр на потолке

В Музее космонавтики современные технологии гармонично вплетаются в мультимедийную концепцию пространства. Они отражают этапы развития космической промышленности и помогают узнавать о новых открытиях. Ощутить магию полета посетители могут благодаря интерактивному тренажеру «Орион». Он создает ощущение нахождения в открытом космосе: стоит только надеть 3D-очки, взять в руки штурвал, как путешествие начинается. Еще один способ перенестись на космическую станцию — интерактивная игра «Я управляю спутником». На экране со встроенными датчиками движения отображается спутник, который реагирует на взмахи рук игрока и меняет траекторию полета.

В планетарии Музея космонавтики создан купольный экран с программным обеспечением «Стеллариум» с высококачественным изображением диаметром шесть метров. В этом зале проходят показы фильмов «Восходящая звезда» и «Сверхмассивные черные дыры», которые помогают школьникам изучать астрономию, а взрослым — узнавать новые факты об устройстве космоса. Звезды и астероиды, спутники и другие галактики оказываются прямо перед глазами, и кажется, что до них можно дотянуться рукой.

В ключевых залах установлены видеоэкраны. Они позволяют проводить виртуальные туры по космическим кораблям и станциям, демонстрировать анимации и диаграммы, объясняющие сложные технологии.

Цифровые проекции, лазеры и объемный звук

В Московском планетарии созданы самые современные системы погружения в космическую действительность. В Большом звездном зале установлен проектор «Универсариум М9». Благодаря оптическим волокнам, подведенным к каждой из девяти тысяч звезд, они кажутся настоящими, как в ночном небе. Система воспроизводит астрономические явления в большом временном промежутке, показывая небо как с орбиты, так и таким, каким оно было десятки тысяч лет назад. Ее дополняет полнокупольная цифровая проекция — ряд проекторов, расположенных по периметру купола. Они позволяют сочетать статичную картину звездного неба с динамичной цифровой графикой. В Большом звездном зале гости могут посмотреть фильмы на 25-метровом полнокупольном экране, отправиться в путешествие для изучения Солнечной системы, других галактик и черных дыр. Эффект погружения усиливает экспериментальная система пространственного звучания.

Еще одна инновационная разработка — 4D-кинотеатр. Помимо динамических кресел, в нем предусмотрены брызги воды, ветер и даже запахи — все это делает погружение более глубоким.

В двухуровневом интерактивном пространстве «Лунариум» экспонаты созданы с использованием современных технологий, позволяя гостям с высокой точностью моделировать природные физические явления. Сочетание разных технологий — оптико-волоконной проекции, цифровой графики, звука и интерактивных зон — делает Московский планетарий одним из лидеров в развитии научно-просветительской сферы.

Голограммы, светодиоды и проекции

Театральная сфера тоже активно внедряет инновации. В «Покровка. Театре» для постановок разрабатывают мультимедийную инфраструктуру. Главная миссия театра — не просто интерпретировать тексты классиков, но и экспериментировать с форматами. Спектакли идут с музыкальным сопровождением, а при помощи визуальных эффектов стираются привычные барьеры между сценическим пространством и аудиторией.

Над разработкой сценографии в «Покровка. Театре» трудится профессиональная команда во главе с художником Марией Гутковой. Она рассказала о технологиях будущего.

— Какие технологии и разработки вы используете при создании декораций? Являются ли экраны с изображением новой альтернативой классическому заднику?

— Наверное, здесь проще всего рассказать на примере «Анны Карениной», потому что в этом спектакле мы практически полностью отказались от традиционной декорации и собрали сценографию как единую мультимедийную систему. Технически это не экран с видео на заднике. Изображение существует одновременно в нескольких физических планах — за счет этого оно обретает глубину.

Нижний план — игровая светодиодная поверхность Uniview Beon P6 с шагом пикселя шесть миллиметров. Это полноценная поверхность сцены: здесь работают артисты, а изображение существует буквально под фигурой исполнителя. Верхний план — прозрачная светодиодная сетка Diamond P20 с шагом пикселя 20 миллиметров. Она действует как цифровой потолок. Прозрачная сетка не превращается в тяжелую светодиодную крышку: сквозь нее остаются видны свет, дым и архитектура сцены, поэтому изображение может возникать над артистом и затем снова растворяться в пространстве.

— Насколько для вас важно качество изображения?

— Когда меня спрашивают именно о разрешении экранов, я обычно уточняю, что в сценической мультимедиасреде понятия 4K или 8K не всегда являются достаточным описанием системы. Мы работаем с нестандартными поверхностями, поэтому важны физическая геометрия, шаг пикселя и нативная пиксельная карта конкретной сборки. Контент изначально создается под реальный растр каждой поверхности и затем сводится в единую сценическую координатную систему. Мы не берем обычный ролик формата 16:9 и не растягиваем его на декорацию.

— Что такое проекционная сценография?

— Мы используем полупрозрачное проекционное полотно, так называемую жидкую органзу, и работаем одновременно с прямой и обратной проекциями. Изображение строится с обеих сторон материала, а артист физически находится внутри картинки. За счет прозрачности полотна, точной настройки уровня черного и света зритель перестает воспринимать сам носитель и видит несколько слоев одновременно: фигуру артиста, передний визуальный план и пространство за ним.

Отдельный слой — голографический эффект на основе дисперсии светового потока. Здесь у изображения нет привычной стены или светодиодной поверхности: свет взаимодействует с дисперсионной средой, дымом и сценическим туманом, а проекция и лазер формируют изображение непосредственно в объеме сцены. Именно этот эффект мне особенно интересен в «Анне Карениной»: сначала зритель не ожидает, что в пустом темном пространстве что-то может возникнуть, но через секунду там появляется световая геометрия, движение, образ поезда или другая визуальная структура. Возникает не впечатление, что включили проектор, а ощущение, что само пространство приобрело еще одно измерение.

— Какую роль в сценографии «Покровка. Театра» играет лазер?

— Лазер у нас работает не как отдельный концертный эффект. В правильно подготовленной дымовой среде луч становится видимой архитектурой — линией, плоскостью, перспективой, иногда почти физическим объектом. Поэтому железная дорога может существовать сначала как реальный рельсовый объект, затем как свет, потом как графика, а еще почти как бесплотный образ.

Также по сцене проходит рельсовая система с моторизованными каретками. Она рассчитана на перемещение экранов, объектов и световых композиций, ее тяговая нагрузка — до 350 килограммов. Кроме этого, используется многоточечная кинетическая лебедка, через которую опускается светодиодный куб. Для меня было принципиально не маскировать всю машинерию. Мы оставили часть механизмов открытыми и сделали их художественным элементом — это прием, который чаще встречается на больших концертных и шоу-площадках, чем в камерной драматической сценографии.

— Как такие приемы влияют на восприятие зрителя? Какие из них у вас самые любимые для диалога с ним через мультимедиа — тепловизоры или что-то еще?

— Наверное, мой любимый прием — не конкретно тепловизор, Kinect или какой-то другой датчик. Мне интереснее сам принцип, при котором мультимедиа перестает быть записанным заранее и начинает жить вместе с человеком.

Я очень люблю 360-градусное погружение, но для меня конечная задача такого масштаба — не отдалить зрителя от артиста, а, наоборот, максимально приблизить. Можно построить огромную цифровую среду вокруг человека, но в результате дать зрителю возможность почувствовать движение руки, взгляд, температуру тела, дыхание исполнителя гораздо острее, чем в обычной сценографии. Этот прием мы используем в спектакле «Бег времени».

По моему мнению, зритель вообще не является конечным потребителем готового произведения: оно продолжается внутри него. Авторы создают произведение, а зритель пропускает его через себя — из этого возникает новое осмысление.

— Каким вы видите будущее современного театра? Какие еще технологии вы хотели бы внедрить?

— Для меня будущее театра точно не заключается в том, чтобы цифровое победило аналоговое. Наоборот, я думаю: чем быстрее развивается технология, тем ценнее будет становиться живое человеческое присутствие.

В «Беге времени» у меня появилась формулировка, к которой я постоянно возвращаюсь: театр умирает в момент рождения. Спектакль невозможно сохранить полностью. Даже если завтра будут те же артисты, тот же текст, тот же световой переход и тот же видеофайл — это уже будет другой вечер: человек изменился, зритель изменился, пауза стала другой, возник другой контакт. И именно поэтому я не хочу, чтобы технологии заменяли театр. Мне гораздо интереснее мысль, что рядом с классической театральной традицией сейчас формируется новая — мультимедийная.

Узнавайте о спектаклях, концертах, выставках и других интересных мероприятиях в официальных каналах «Мосбилета» в «Максе» и «Телеграме».