Санчо Панса и мудрый молочник Тевье: к 100-летию со дня рождения Евгения Леонова
Евгений Леонов родился 2 сентября 1926-го в самой простой семье: его отец был инженером, работал на авиазаводе, а мама занималась домашним хозяйством и воспитанием сыновей. Театральная сцена заинтересовала его в самом юном возрасте, и еще в пятом классе мальчик записался в драмкружок. Коррективы внесла Великая Отечественная война: к лету 1941 года он успел окончить лишь семь классов. Учебу пришлось прервать, юноша устроился учеником токаря на тот же завод, где работал его отец.
В 1942 году Евгений поступил в авиационный техникум, и увлечение театром снова дало о себе знать. Через три года обучения в техникуме он решил поступать на драматическое отделение в Московскую театральную студию. В 1947-м он попал в Московский театр Дзержинского района, который долго не просуществовал и был расформирован. Тем не менее Евгению Леонову повезло: его приняли в Московский драматический театр имени К.С. Станиславского («Электротеатр Станиславский», подведомственный столичному Департаменту культуры), где он прослужил почти 20 лет и сыграл более 30 ролей. Именно здесь проявился его комедийный талант, который полюбился зрителям, но актер с легкостью умел вживаться и в совершенно противоположные образы. Одной из его самых удачных театральных работ того периода стала роль в спектакле «Антигона» (1966): его царь Креон — жесткий, прагматичный, достаточно циничный.
«Ясно, дело тут не в античности, а в том, что наши, по сути, современники, люди, столкнувшиеся со звериным ликом фашизма, решали для себя те же проблемы — проблемы чести и долга, жизни и смерти. Почему же спустя еще полвека мы уже не можем войти в обстоятельства этих людей, пережить их беду вновь, а должны представить страдания и подвиги в виде изысканного интеллектуального ребуса? Какая проблема, естественно, волновала автора? Проблема порабощения человеческой личности и противостояния человека насилию. Разве эта проблема снята в современном мире, стала для нас исторической? Да ничуть. Каждый день мы должны защищать себя, свою личность от тысячи посягательств: глобальных — угрозы войны и мелкого, мерзкого чинопочитания, проникшего во все почти учреждения и организации. Видишь ли, сынок, сыграть по-настоящему можно только про нас. Остальное — приспособления, упаковка, способ, но суть — про нас, таков механизм живого искусства, ведь актерское искусство живое, оно не отделено от жизни человека. Персонаж, в какое бы платье его ни рядили, дышит твоей грудью и плачет твоими слезами» — так рассуждал об этой работе Евгений Павлович в своих знаменитых «Письмах сыну».
1968 год — начало нового периода: Леонов ушел в Театр имени Маяковского, который возглавлял его бывший преподаватель Андрей Гончаров. Прослужил он там несколько лет, сыграл три роли, все — яркие и запоминающиеся. Даже спустя годы артист говорил, что Санчо Панса в «Человеке из Ламанчи» (1972) — одна из любимых его ролей. Да и в целом спектакль стал знаковым: едва ли не впервые в истории советского театра на афишах появилось слово «мюзикл». Партнерами Леонова — к тому времени уже известного киноактера — стали Александр Лазарев и Татьяна Доронина. После ему присвоили звание народного артиста СССР.
«Человек из Ламанчи». Вспоминаем легендарный спектакль Театра имени Маяковского
Ленком
В 1974-м Евгений Леонов, будучи признанным мастером комедии, ушел в Театр имени Ленинского комсомола (ныне — Ленком Марка Захарова). На его счету в этом театре семь ролей, но именно в них драматический талант артиста раскрылся в полную силу. Марк Захаров с ходу доверил ему сложнейший материал — роль Ламме Гудзака, друга главного героя в спектакле «Тиль» по мотивам романа «Легенда об Уленшпигеле» Шарля де Костера. Спектакль рассказывал о героической освободительной борьбе голландского народа против испанского гнета. Спектакль имел оглушительный успех, и Ламме Гудзак пополнил копилку любимых ролей актера. Позже он писал:
«Первые спектакли Захарова многих ошарашили. Марка Анатольевича знали как способного, ищущего режиссера по спектаклям студенческого театра МГУ и в особенности Театра сатиры. И вот — “Тиль”, “Звезда и смерть Хоакина Мурьеты”: шумные, красочные, с обилием музыки, танцев, пластики, движения… В одной из рецензий было написано, что, мол, Захаров использует в этих спектаклях приемы современной эстрады. То ли критик хвалил, то ли огорчался… А мне, как и многим, обращение театра к опыту кино, телевидения, эстрады и других видов массовой культуры представляется вполне закономерным. Кстати сказать, кино, телевидение и эстрада сами вовсю пользуются средствами театра. Захаров доказал правомерность такого театрального стиля хотя бы тем, что эти спектакли пользуются успехом вот уже несколько лет у самого разного зрителя, больше всего — у молодежи. Пусть это направление в нашем театре живет и развивается. Я — за. Жаль только, что я — толстый и неуклюжий — не могу в этом участвовать. Но повторяю: я — за».
Следующая работа — в постановке «Иванов» по одноименной пьесе Антона Чехова, которого Евгений Леонов обожал. Он сыграл в ней главную роль. В 1978-м он перевоплотился в отца в спектакле «Вор», а в 1979-м — в крестьянского ходока в «Революционном этюде» по произведению советского драматурга Михаила Шатрова. Спектакль был посвящен 110-летию со дня рождения Владимира Ленина и иллюстрировал один день из жизни вождя. В главной роли блистал Олег Янковский, и его диалог с Леоновым стал одной из самых сильных сцен постановки.
В «Оптимистической трагедии» по пьесе Всеволода Вишневского Леонов вновь предстал перед публикой в глубоком драматическом амплуа, сыграв жестокого, но безумно харизматичного вожака. Эта работа, как и другие подобные, далась актеру нелегко (хоть и зрители пришли в восторг): никакой жестокости в его собственном характере не было.
В 1986 году Марк Захаров предложил ему роль подсудимого в спектакле «Диктатура совести» по пьесе все того же Шатрова. С этой постановкой театр много гастролировал, в том числе и за рубежом, и в Гамбурге актеру стало плохо — он перенес клиническую смерть и провел в коме 16 дней.
«Поминальная молитва»
Едва оправившись после комы, он сразу вернулся на сцену — работать. Его ждал спектакль «Поминальная молитва» и главная роль Тевье-молочника. Пьесу написал Григорий Горин по мотивам цикла рассказов Шолом-Алейхема «Тевье-молочник» (перевод Михаила Шамбадала) — классика еврейской литературы. В этом спектакле актер выходил на сцену со своим сыном Андреем Леоновым — тот играл юного писаря Федю.
История жизни еврейского молочника Тевье — это череда испытаний: дочери, которых он любит больше жизни, одна за другой выбирают свои, непростые пути, бросая вызов традициям и патриархальному укладу. И сквозь все несчастья Тевье проносит свою веру, юмор и неистовое достоинство. Роль была исполнена мастерски, зал не скрывал слез: монологи Тевье, обращенные к небу — то скорбные, то ироничные, — задавали нужный тон всей постановке. За эту работу в 1992 году актер получил Государственную премию Российской Федерации в области литературы и искусств.
Вечером 29 января 1994 года Евгений Леонов собирался в театр на очередной показ «Поминальной молитвы», но в одну секунду его не стало — оторвался тромб. Вместо открытия занавеса зрители получили ошеломляюще печальную новость. Но никто в этот день не отправился в кассу сдавать билеты — зрители скорбели вместе с семьей и труппой, несколько часов простояли у входа в театр со свечами в руках.
Сегодня в Ленкоме к наследию Евгения Павловича относятся очень бережно. Театр продолжает ставить посвященные ему спектакли. После смерти актера «Поминальную молитву» долгое время не показывали, но в 2021 году постановку восстановил режиссер и актер Александр Лазарев. Честь сыграть роль Тевье выпала Андрею Леонову и Сергею Степанченко.
К 100-летию со дня рождения актера состоится премьера постановки «Старший сын, или Письма сыну. Посвящение Евгению Леонову» с Андреем Леоновым в главной роли. В ней художественный руководитель театра режиссер Владимир Панков соединяет сюжет пьесы Александра Вампилова с материалом мемуаров Евгения Леонова. Речь идет о книге «Письма сыну», опубликованной в 1992 году. В ней актер рассказывает о своих работах, дает добрые родительские наставления и рассуждает о жизни:
«Может, тебе моя жизнь в театре представляется каким-то восхождением. Со стороны многим кажется: вот счастливчик, который постепенно, но все время вперед шел, поднимался. Ты знаешь, у меня есть такие “санитарные дни”, я сам их так назвал. Живу, живу, а потом начинаю думать: что же я сыграл? и что это для меня? а не похожие ли это роли? Иной раз не могу понять — хорошо что-то или не так хорошо…»
Доцент, Шулейкин и голос Винни-Пуха
Евгений Леонов был одним из самых известных и любимых киноактеров в стране. Его дебют состоялся в 1948 году, когда он сыграл эпизодические роли в фильмах «Счастливый рейс» и «Карандаш на льду» Владимира Немоляева. Но настоящей звездой, которую стали узнавать на улицах, артист стал в 1961 году, когда на экраны вышла комедия Владимира Фетина «Полосатый рейс». Он блистательно сыграл буфетчика Шулейкина, которому волею судьбы пришлось укрощать хищников. Актер вспоминал в своей книге:
«Мы приехали на корабль, красивый очень. Ко мне подошли режиссер, оператор и сказали: “Ты не волнуйся, мы придумали очень смешной эпизод. Посадим тебя в клетку, выпустим тигров и посмотрим, что будет”. Я говорю: “Нет, я не согласен. У меня семья, маленький сын, я против”. Меня, конечно, уговорили, ведь я же дал согласие сниматься в этом фильме. Сами все попрятались».
В 1964-м он снялся в «Донской повести» по рассказам Михаила Шолохова. Роль казака Якова Шибалока, пулеметчика красного отряда, который разрывается между воинским долгом и любовью, принесла ему премию Всесоюзного фестиваля в Киеве и III Международного фестиваля в Нью-Дели. Еще одну награду, приз на фестивале современной кинематографии в Карловых Варах, он получил за роль слесаря, бывшего командира разведки Ивана Приходько в фильме «Белорусский вокзал». Его партнерами по съемочной площадке были Анатолий Папанов, Алексей Глазырин, Всеволод Сафонов. Картину о фронтовых друзьях, которые встречаются через много лет после Победы, называют одним из лучших фильмов о Великой Отечественной войне.
Роли Володи Орешникова в «Зигзаге удачи» Эльдара Рязанова также рукоплескала вся страна. Но по-настоящему культовой стала картина Александра Серова по сценарию Георгия Данелии и Виктории Токаревой «Джентльмены удачи», где Леонов сыграл сразу двух персонажей: тихого интеллигентного Евгения Ивановича Трошкина, директора детского сада в Черемушках, и опасного рецидивиста Доцента. Реплики, которые произносил актер, вмиг разлетелись на цитаты. Чтобы подготовиться к роли, актер посещал настоящую тюрьму, наблюдал за бытом и привычками арестантов.
Одна из самых ярких его работ — в фильме «Старший сын» Виталия Мельникова, где он сыграл отца семейства Сарафанова, в одиночку воспитывающего детей. Роль студента Бусыгина, притворяющегося его третьим сыном, исполнил Николай Караченцов.
Всего на счету Леонова — более 70 киноролей. Его можно увидеть в фильмах «О бедном гусаре замолвите слово», «Тридцать три», «Убить дракона», «Мимино», «Кин-дза-дза», «Обыкновенное чудо». За работу в «Осеннем марафоне» он получил премию на кинофестивалях в Сан-Себастьяне и Душанбе, а также Государственную премию РСФСР имени братьев Васильевых, в «Премии» — Государственную премию СССР, в сериале «И это все о нем» — премию Ленинского комсомола.
Евгений Леонов много занимался дубляжом. Например, он подарил свой голос добродушному медвежонку Винни-Пуху в знаменитых мультфильмах, Царю в «Василисе Прекрасной» и многим другим героям. А внешностью он поделился с хоббитом Бильбо Бэггинсом — образ актера вдохновил художника Михаила Беломлинского на создание иллюстраций для знаменитого советского издания «Хоббита» 1976 года.
За комедийным обаянием актера всегда скрывалась настоящая драматическая глубина. Те поклонники его творчества, которые хотят по-настоящему узнать Евгения Леонова, могут открыть его «Письма к сыну» или прийти на спектакль-посвящение в Ленком, где дело отца продолжает сын.